"

"И когда он выключил воду и начал вытирать меня большим, пушистым полотенцем, оказалось, что я уже улыбаюсь. Уже могу жить дальше.

Закутавшись в толстый халат, я сидела на кухне и наблюдала, как Эрик заваривает чай. Приготовив, навалил в чашку три ложки меда, сунул мне в руки и потребовал, чтобы выпила все до капли.

Я грела о кружку пальцы, понемногу глотая обжигающую приторно-сладкую жидкость.

Небритыш, поглядывая на меня нечитаемым взглядом, принялся разбирать огромные пакеты с продуктами, которые принес из холла. Домовитый, однако.

– У меня есть запеченная курица. Ты же, наверное, голодный? – вдруг вспомнила я.

– Да ну, Снежок? Неужели ты способна на такой подвиг, как приготовить ужин усталому мужику, – он насмешливо сверкнул черными глазами.

Ну, слава яйцам, все вернулось на свои места! А то этот чужак в маске милого, заботливого Эрика уже начал меня пугать.

Поэтому я радостно оскалилась:

– Сам проверь, – ткнула пальцем в сторону духовки и зловредным голосом добавила:

– И как ты мог заметить, в этом доме всего одна женщина, способная что-то приготовить усталому мужику. А твоя мымра сбежала.

После чего сползла с табурета и гордо пошла прочь, сообщив ухмыляющемуся небритышу, что время позднее, а мне завтра рано вставать на работу.

В своей комнате быстро умылась, погасила свет и юркнула под одеяло. И только успела подумать о том, какой насыщенный выдался день, как мгновенно провалилась в крепкий, без сновидений, сон.

Поэтому представьте мое возмущение, когда, проснувшись утром, обнаружила, что меня опять прижимает тяжелая мужская лапа, а в поясницу беззастенчиво упирается твердое и очень знакомое кое-что…

Глава 13

Словно почувствовав, что я проснулась, Эрик стиснул ладонью мой бок и еще настойчивее прижался к пояснице своим эм-м-м… беззастенчивым другом.

Так что пришлось наглую руку с себя решительно скидывать и приступать к выяснению отношений.

– Эрик, какого ты опять в моей постели делаешь? – зашипела я, поворачиваясь к небритышу лицом и по странной случайности, с ходу утыкаясь губами в его губы.

Мужская ладонь легла на мой затылок и сильно надавила, так что попытка отстраниться пропала впустую.

Наглая твердая грудь притерлась к моей. Мускулистая нога, покрытая жесткими волосками, придавила своей тяжестью мое бедро, окончательно отрезая пути к отступлению.

Думаете, после этого между нами началось что-то чувственное и невыразимо прекрасное? Как же…

Вместо этого небритыш жестко сдавил мой затылок и прорычал в мой возмущенно приоткрытый рот:

– Снежок, это мой дом, моя комната и моя постель. Если ты помнишь, я велел тебе собирать вещи и переселяться в другое место. И заметь, позволил выбрать любую спальню, а не вышвырнул на цокольный этаж.