— Милый, ты зачем себя так напрягаешь?

Женщина бросилась поддержать супруга, чтобы тот не упал.

— Все нормально. Скоро приду в себя. Иди помоги Родиону уладить возню с документами.

— Какими документами? — Эльвира была сильно удивлена.

— Обычными, на выписку.

А это для нее стало сюрпризом. Причем не очень приятным. У нее уже все распланировано, а тут такой облом.

— Мне кажется, ты чрезмерно спешишь.

— Эля, я поеду домой. Иди помоги сыну.

Женщина недовольно поджала губы, но пошла делать, так как сказал супруг. Его желание было удовлетворено с единственной оговоркой, что мужчина не будет напрягаться, и пробудет пару дней в постели.

Для процедур к нему будет приезжать медсестра.

Когда глава семейства вернулся домой, Дина подумала, как же хорошо, когда есть деньги. Столько открывается возможностей. Раньше она о них только слышала. А теперь сама видит своими глазами.

Девушка не заходила к Дмитрию. Она боялась того, что мужчина помнит что-то из ее слов. И это опасение было правильным.

Дина хотела поговорить с мужем и отправилась в его кабинет. Уже был поздний вечер, а Родион все еще занимался работой.

Она беззаботно рывком открыла дверь и застыла на месте. Картина, которую девушка наблюдала, была для нее ужасной. Кристина когда-то оказалась права. Ее муж страстно целовал Эльвиру. Женщина отвечала тем же. Мужские руки жадно блуждали по ее телу, задирая подол ночной сорочки. Полы халаты были раздвинуты. Парочку так сильно поглотил процесс, что они не заметила невольного зрителя. Родион опустился ниже, прокладывая поцелуями дорожку к груди. Шелковая ткань будто ждала, чтобы отодвинуться. Эльвира запрокинула голову, наслаждаясь такими редкими ласками. Дина ахнула. Эля и Родион практически отпрыгнули друг от друга. На них смотрели огромные испуганные глаза. Девушка поняла, что сама себя выдала, и, развернувшись, побежала в свою спальню.

— Черт. — Родион бросил недовольный взгляд на мачеху, а затем помчался догонять супругу.

Дина вбежала в спальню. Она сдерживала слезы, и только очутившись в комнате, дала себе волю. Слезы текли по щекам. Девушка приложила руку к груди. Ей было трудно дышать. Родион вбежал следом, и закрыл за собой дверь.

— Дина, успокойся, ты все неправильно поняла.

— Я? Неправильно? Ты спишь со своей мачехой, а я все неправильно поняла?

— Не кричи так. Успокойся.

— Боже, какая я была дура. Я и не думала, что ты можешь быть еще более мерзким. А ты не перестаешь меня удивлять.

— Да. Могу. А ты сними, наконец, свои розовые очки.

— Зачем ты так с отцом? — Дина продолжала плакать. Ей было обидно не за себя, а за Дмитрия.

— В данном случае, я его защищал.

— Да? Когда? Когда ложился в кровать с его женой?

— Эльвира мерзкая тварь и контролировать ее можно было только так.