Дейдре стремительно обернулась к нему, и влажные волосы, хлестнув ее по щекам, частично прилипли к ее лицу.

– Я сказала, что я не сумасшедшая! Я не рисковала жизнью из-за того, что боюсь проклятых мышей!

Колдер раздраженно отмахнулся.

– Глупости. В Брук-Хаусе не водятся крысы. У вас слишком бурное воображение.

По непонятной причине его слова еще сильнее ее разгневали. Дейдре указала дрожащим пальцем на дверь.

– Уходите!

Колдер замер.

– Я тут хозяин.

На этот раз она, прищурившись, посмотрела на него.

– Я чувствую, что вот-вот расплачусь. Слезы подступают к глазам.

Слезы? Колдер непроизвольно отшатнулся.

– Э… Я пришлю к вам горничную, хорошо? – сказал он и поспешно ретировался к двери.

Дейдре насмешливо смотрела ему вслед. Насмешливо и сердито. Или то был не гнев, а разочарование?

– Ее зовут Патриция, – крикнула она вслед убегающему супругу.

За кого она его принимает? Она что, думает, что он не знает, как зовут его собственных слуг? Впрочем, рыжеволосая девица, что явно нервничала, когда входила в спальню к Дейдре, не показалась Колдеру знакомой. Он что, недавно увеличил штат прислуги? Надо спросить об этом Фортескью.

Еще одно дело, которым ему предстоит заняться после короткой вечерней прогулки, – дабы прочистить нос от запаха его аппетитной, но безумной супруги. Да, прогулка пойдет ему на пользу.

Едва за Брукхейвеном закрылась дверь, Дейдре опустилась на четвереньки и принялась обшаривать комнату в поисках котенка. Когда Патриция открыла дверь, она застала свою госпожу сидящей по-турецки на полу с растерянным выражением лица.

– Пэтти, ты видела… – Дейдре нахмурилась. Колдер не позволял заводить домашних любимцев.

– Простите, миледи, я не видела мышь… если только вы не хотите, чтобы я сказала маркизу, что я ее видела?

Дейдре удивилась.

– Вы бы это сделали?

Патриция явно чувствовала себя не в своей тарелке, но была готова защищаться.

– Право, миледи, иногда необходимо идти на хитрость. Мужчина понятия не имеет о том, что нам, женщинам, приходится терпеть. Если леди хочет время от времени видеть мышь, она, как мне кажется, имеет на это столько же прав, сколько любой другой.

Дейдре рассмеялась, несмотря на то что проведенный ею вечер к веселью не располагал.

– Патриция, я не из тех дамочек, что любят закатывать истерики. Истериками едва ли можно чего-то добиться.

Патриция с улыбкой пожала плечами.

– Думаю, это зависит от того, какую задачу ставит перед собой леди. Несколько слезинок вполне способны заставить кое-кого пуститься в бегство, верно?

Дейдре протянула Патриции руку, и та помогла ей подняться с пола.

– У всех мужчин есть свой предел прочности.

Патриция покачала головой, приложив палец к губам.

– Его светлость – отличный парень, миледи.