Дейдре достала большой ключ из замка и спрятала в декольте.

– Да?

В комнату вошла Патриция. Дейдре завидовала своей кузине Фиби, потому что ее горничная превосходно делала прически.

И, как никто другой, умела украшать шляпки.

Оказалось, что у Патриции к тому же и доброе сердце.

С ласковой улыбкой поставив чайный поднос на туалетный столик, она спросила:

– Вам еще что-нибудь понадобится, миледи?

О, да, как же она могла забыть! Теперь Дейдре была маркизой Брукхейвен и могла распоряжаться кем и чем угодно, кроме своей собственной жизни.

– Я пока не хочу чаю, Патриция.

 – От одного запаха еды Дейдре подташнивало. В том состоянии, в котором она сейчас находилась, есть совсем не хотелось. – Может, немного позже приготовите мне горячую ванну? – Хотелось побыстрее смыть с себя этот день. И снять с себя свадебное платье. Но пока ей нужно было кое-что обдумать.

Патриция сделала реверанс, забрала поднос и вышла из комнаты.

Дейдре душил гнев.

Если случится самое худшее, если Брукхейвен продолжит вести себя как тиран, если окажется, что она совершила самую непоправимую ошибку в жизни…

Она просто может бросить его и уехать, вернуться к Тессе.

Нет.

На самом деле да.

Ты не хочешь его бросать. Ты просто злишься.

О, «злишься» – это еще очень мягко сказано.

Если ты уедешь от него, тогда как он сможет тебя полюбить?

Дейдре выпрямила спину. Она не останется тут, если ее не любят, и она не станет молить о любви никого, даже самого маркиза Брукхейвена.

Если ты останешься, ты можешь заставить его полюбить себя.

И, что еще лучше, если она останется, она сможет ему отомстить, заставить пожалеть его о нанесенной обиде. Он первый объявил войну.

Дейдре скрестила руки и сделала глубокий вдох. Она останется.

В любом случае победа за ней.

Глава 6

Дворецкий Джон Герберт Фортескью, выдающийся представитель многоуважаемой профессии, служил в Брук-Хаусе уже десять лет. Он начал свою службу с должности помощника дворецкого, а до этого работал в той же должности в еще одном большом доме, хотя и не в таком богатом, как этот. Когда прежний дворецкий в солидном возрасте ушел на пенсию, Фортескью занял его место. Смена дворецкого прошла гладко и незаметно, поскольку Фортескью давно овладел всеми тайнами ремесла.

За все эти годы он ни разу не присвоил себе ни пенни. Более того, ни разу он не поставил личные интересы выше интересов своих хозяев…

За исключением одного единственного раза.

И сейчас Фортескью стоял на сумрачной площадке второго этажа и смотрел на Патрицию, идущую навстречу ему с чайным подносом госпожи. Патриция, огненно-рыжая ирландская колдунья, так сильно растревожила ему сердце, что подвигла Фортескью на то, чтобы он закрыл глаза на творящийся в доме непорядок.