И хоть Несса уже показала себя во всей красе, нельзя было с уверенностью утверждать, что она виновата и в том, что случилось с вещами Кимберли.

Кимберли отступилась от нее, поняв, что не может получить немедленного удовлетворения.

— Я поговорю с возчиком.

— А его уже нет. Зачем ему здесь оставаться? Он вернулся туда, откуда приехал.

Кимберли снова напряженно застыла. На лице Нессы отразилось глубокое самодовольство — не было сомнения в том, что она лжс.. Предположение Кимберли внезапно подтвердилось.

— Незачем спрашивать возчика, — проговорил один из присутствующих, с осуждением глядя на девушку. — Ты лгунья, Несса Макгрегор, и мне стыдно, что ты — наша родня. Я сам помогал разгружать фургон, и все вещи были в полном порядке. Я даже спросил тебя, зачем такие прекрасные вещи уносить в подвал.

Несса побагровела. Покраснела и Кимберли, к которой вернулась вся ее ярость. И пока Несса все еще возмущенно смотрела на своего обвинителя, Кимберли стремительно подошла к ней и резко ударила ладонью по щеке.

Хрупкая девушка пошатнулась, ее глаза изумленно округлились. Прижав руку к щеке, она возмущенно воскликнула:

— Как ты смеешь!..

— Радуйся, что я не прошлась по тебе топором, как ты — по моим вещам. То, что ты сделала в своей неуемной злобе, непоправимо. Я отказываюсь жить в одном доме с тем, кто способен на такую ненависть.

Кимберли мгновенно осознала свою ошибку: нельзя было ставить ультиматум. Теперь гордость не позволит ей отступить! Но слишком поздно, сказанного не воротишь. Однако, к ее огромному облегчению, муж поддержал ее.

— Тебе не понадобится с ней жить, Ким, — сказал Лахлан, обнимая ее. — Она сегодня же сложит вещи и уедет утром, я не допущу, чтобы в моем доме жила такая гадюка. Обещаю тебе, что найду лучших мастеров, они починят вещи твоей матери, — а Несса сама заплатит им, из денег, которые якобы достала.

Несса побледнела как полотно.

— Но это мой дом! — проговорила она дрожащим голосом.

— Теперь уже нет. Твой поступок лишил тебя права называть Крегору домом.

— Это нечестно! Она должна уехать, а не я! Она здесь чужая!

— Несса, неужели ты не понимаешь, как скверно поступила? — печально спросил Лахлан.

Видимо, осуждение, прозвучавшее в его словах, снова пробудило гнев в юной девушке.

— И это — вся благодарность за то, что я для тебя сделала? Ты даже не спросил меня, как я достала для тебя эти деньги! Я отдалась Гэвину Керну, вот они откуда! — выпалила она, словно рассчитывая, что эти слова его ранят.

Известие изумило и разгневало его, но не по той причине, на которую надеялась Несса.

— Тогда у нас будет еще одна свадьба, — с холодной решимостью заявил Лахлан.

— Я за него не выйду! — завопила Несса.

— Ты с ним спала, за него и выйдешь. Это говорит тебе глава клана Макгрегоров, Несса.