— Мне пришло в голову, Ким, что ты уже совершеннолетняя и можешь выходить замуж и без разрешения своего папеньки.

— Верно, — осторожно ответила она, — но он вчера не шутил, Лахлан. Он действительно отречется от меня, если я выйду замуж без его согласия.

— Не сомневаюсь, хоть и нахожу невероятным и совершенно отвратительным, что отец может быть настолько жесток к своему ребенку.

Она только пожала плечами, давно привыкнув к реакции людей, впервые сталкивавшихся с ее отцом.

— Может быть, тебе станет понятнее, если я расскажу, почему он ненавидит всех шотландцев, — заметила она и коротко рассказала историю отца. — Только на самом деле это все равно совершенно непонятно, правда? — добавила она. — Его предубеждение совершенно нелогично и не поддается объяснению.

— Совсем не важно, почему он такой, — ответил Лахлан. — Если только он не переменится. Мне он не показался человеком, который способен измениться, но я знаю его не так хорошо, как ты.

Кимберли вздохнула.

— Я знаю, что от дурных привычек возможно избавиться, но, боюсь, в его случае это нечто большее. После смерти матери он нашел женщину, на которой хочет жениться — очень хочет, — но это ничуть не изменило его взглядов. Видишь ли, это не просто предубеждение, касающееся шотландцев. Дело в том, что он вообще такой человек. Он всегда был жестким и деспотичным и, по-моему, никогда не менялся. Так что нет, не думаю, чтобы он переменился.

— Так я и понял. Тогда я спрошу тебя, согласна ли ты идти против него и выйти за меня без его благословения? Мне надо было задать тебе этот вопрос еще вчера, но я был слишком зол и потрясен и только думал, как бы мне свернуть шею этому негодяю.

Кимберли, словно завороженная, слушала его.

— Ты понимаешь, что это будет значить?

— Угу. Что ты навсегда расстанешься со своим папулей — скорее всего больше никогда его не увидишь. Ты сможешь так жить, милочка, или будешь всегда сожалеть?..

— Лахлан, я ни секунды не буду жалеть, если больше никогда в жизни не увижу графа Эмборо. Он никогда не был мне отцом, таким, какими должны быть отцы, а был тираном, жившим в том же доме, что и я. Но ты сознаешь, какие последствия это будет иметь для тебя? Не считая скандала…

Лахлан ухмыльнулся:

— Макгрегорам к скандалам не привыкать.

— ., я не получу приданого."

"— Я так и думал. Кимберли изумилась:

— Ты женишься на мне без приданого?

— Конечно, черт подери!

Он ведет себя по-рыцарски. Кимберли не видела иного объяснения его словам. Что еще он мог сказать — и не считаться настоящим негодяем?

— Но, насколько я поняла, тебе нужны деньги, — напомнила она. — Ты об этом забыл? Или положение внезапно изменилось?

— Нет, у нас совсем нет денег и к тому же много долгов, — ответил он. — Ты имеешь право узнать об этом заранее.