Он ни разу не встречал дикого сапсана – вряд ли они были такими же глупыми, как голуби, постоянно требующие еды, но всё равно должны были интересоваться лёгким пропитанием.

Солдаты переглянулись, и один из них шагнул к нему.

– Кыш, – бросил он, укладывая руку на арбалет.

Саймон остался на дереве, переступая с лапы на лапу и отсчитывая секунды. Но обзор ему загораживали два молодых деревца, и мысленно он отругал себя за неудачно выбранное место.

– Еда? – повторил он с надеждой.

Стражник перехватил арбалет поудобнее, явно намереваясь нацелить его в Саймона, но напарник остановил его и низко усмехнулся.

– На, – сказал он, вытаскивая из кармана пару семян. – Забирай, птичка.

Он опустил семена на выложенную брусчаткой дорожку, и Саймон, изображая крайнюю заинтересованность, слетел с дерева и подпрыгнул поближе. Стражник, у которого ручки чесались пострелять, не шевелился, но следил за Саймоном внимательно, даже не моргая.

Ну и хорошо. Саймон неторопливо поклевал семена, но есть их не стал. В конце концов, сапсаны не питались семенами – скорее всего, стражники об этом знали. Взглянув на них снизу вверх, он снова просил:

– Еда?

Вот теперь стражник с арбалетом взвёл его и направил на Саймона.

– Вали отсюда, – прорычал он. – А то останутся от тебя клюв да перья.

Повторять ему не пришлось; захлопав крыльями так, что чуть не потянул мышцы, Саймон перелетел через стену, скрываясь с глаз стражи и надеясь, что Шарлотте с Хьюго хватило времени. Убедившись, что никто за ним не следит, он нырнул в листву ближайшего дерева и обернулся стрекозой. Не лучший выбор, конечно, но так он был куда быстрее, чем в облике мухи или комара.

Облетев Цитадель и вернувшись в сад, Саймон заметил неброскую дверь, оставленную приоткрытой.

Облегчённо выдохнув, он пролетел в щель, ожидая увидеть Шарлотту с Хьюго, но тускло освещённый коридор оказался пустым. Только пыльные картины в позолоченных рамах висели на стенах, выполненные в таких тёмных тонах, что разглядеть изображённых на них людей не получалось.

– Шарлотта? – громким шёпотом позвал он. – Хьюго? Вы где…

Неожиданно из-за выцветшего гобелена высунулась рука, с поразительной точностью сцапала его стрекозиное тельце и утянула за занавесь. Судорожно охнув, Саймон тут же обернулся человеком и едва не грохнулся на потёртый ковёр, отчаянно пытаясь устоять на ногах.

– Ну наконец-то, – прошептала Шарлотта. – Мы думали, с тобой что-то случилось.

– Стражники кормили меня семечками, – пробормотал он, ощупывая тёмный закуток, высеченный в стене. – Хьюго с тобой?

– Тут я, – раздался голос где-то правее. – Спасибо за помощь, дружище. Перебираться через стену – то ещё занятие.

– Я тебя на себе тащила, – сказала Шарлотта. – Даже не думала, что барсуки такие тяжёлые.