Нет, не будут пацаны из бригад читать «Коммерсант». И учится из них пойдут… ну вот разве Китаец.

— Большие дяди будут пилить страну, — продолжил я. — Ты был с нами на лобненской нефтебазе?

— Был.

— Видел, сколько всего после Союза осталось?

Китаец кивнул.

— Ну, вот все это и будут растаскивать по норкам. И я очень, очень хочу попасть в число больших дядь с огромной норкой.

— Теперь всосал, — кивнул Димон. — То есть вместо того, чтобы поднимать бабло и наслаждаться жизнью, мы будем пахать, как рабы? А зачетных телок мы набираем не для того, чтобы трахать, а чтобы не забыть про какую-нибудь встречу? Серый, я себе это все как-то не так представлял.

— Добро пожаловать в реальную жизнь, — хмыкнул я.

Я уже выбрал тех, что будут работать со мной, и сделал пометки на их анкетах. И эти девчонки оказались не самыми красивыми из наших финалисток. Самых красивых пусть забирают пацаны, мои будут пахать вместе со мной.

* * *— Сергей Дмитриевич, одну минутку!

Фельдмаршал поймал меня уже в дверях. Убегал я на стрелку, что назначили нам осколки вахидовского аула в попытке оставить себе рынок на Маяковского. Все прочие мелкие объекты вроде магазинов и ларьков они отдали без боя — Карась с Китайцем спокойно перевели крышу на нас. Но в рынок вахидовская родня вцепилась зубами и когтями. Особых проблем я там не ожидал, стрельбы тоже. Никакой авторитетной поддержки у них не было, вывезем все на базаре. Но пушку на всякий случай взяли, и я велел парням кинуть автомат в буханку, на которой мы собирались ехать. В ней для оружия сделали специальный тайник.

Рассчитывал я так. Если возьмем рынок, считай, вся Лобня будет под нами. Кроме ж. д. станции. Ее с наскоку не завоюешь. Своя вневедомственная охрана, плюс борзый начальник, который послал нас после первых же заходов. Придется повозиться.

— Константин Георгеевич! — я попытался отшить Фельдмаршала. — Я тороплюсь. До завтра подождет?

— Увы, нет. Я быстро.

Мы зашли обратно в кабинет, я сел за стол для переговоров, а горкомовец примостился напротив.

— Тарасов подал через адвоката заявление в ОВД Лобни. Пишет, что было мошенничество с доверенностями.

— Ну, это ожидаемо, — пожал плечами я, поглядывая на часы. Придется гнать, но благо МКАД нынче не тот, что в двухтысячных, больших пробок нет.

— Иск в суд тоже подан, — продолжал вещать Константин Георгеевич. — Пытаются опротестовать кредиты, что мы выдаем Геопрому. Требуют в качестве обеспечительной меры наложить арест на банковские счета.

— И это мы обсуждали. Пока не вижу ничего критичного.

— Пашу уже допросили в рамках дознания, — фельдмаршал помялся. — Потом его отвели к начальнику, майору Баранову. Он сказал, чтобы приехал наш главный, пообщаться, порешать вопросы.

Я тяжело вздохнул. Баранова я знал.