– А весной что делать будет?"

"– Вроде планировала зелень собирать, коренья там разные, – равнодушно пожала плечами Марен.

– А ты что делать будешь? Тётка из дома выгнала… замуж пойдёшь?

– Нет, не пойду, и здесь мне делать нечего. Латранцы приплывут – с ними уйду, там лучше будет.

– Думаешь? – хмыкнула, покосившись на девушку, которая подстроила шаг под меня и теперь шла рядом, – а если в рабыни возьмут?

– Может быть, но и батрачить на тётку или замуж выходить за страшилу тоже не лучшая идея.

– Ну да, выбор так себе, – согласно кивнула, снова бросив украдкой взгляд на Марен, едва слышно спросила, – может, бизнес здесь какой откроешь?

– Чайный набор продавать? – хмыкнула девушка, лукаво мне улыбнувшись, и чуть помедлив, словно собираясь с духом, выпалила, – пиццерию открыть или суши крутить, рыбы здесь хватает…

– Когда? – потрясённо выдохнула, уставившись на Марен, в глазах которой застыли непролитые слёзы, – откуда?

– Уже тридцать девять дней, – просипела девушка, – а ты?

– Примерно столько же, – пробормотала, но, взглянув на замерших и недоумевающих охранников, проговорила, – идём в замок, там расскажешь.

– И ты, – всхлипнула Марен, радостно улыбнувшись.

К замку мы практически бежали, обеим не терпелось обсудить случившееся. Узнать друг о друге и, конечно же, выплакаться. Ньял, может, и удивлялся такой спешке, но ничего не спрашивал, хотя всё чаще я ощущала на себе его задумчивые взгляды. Я же старательно делала вид, что их не замечаю, но запомнила, мало ли что в голове у этого мужчины.

Во дворе мы тоже долго не задержались. Поблагодарив охрану за сопровождение, поторопились к замку и уже через двадцать минут неслись по коридору как угорелые.

– Эбби, распорядись подать в покои отвар! – приказала, влетев в комнату, за мной следом вбежала Марен, перепугав своим появлением мою камеристку, – и пирог принеси.

– Да, госпожа, – почтительно склонила голову девчушка, аккуратно уложив моё платье на табурет, и устремилась к выходу.

– Всё, рассказывай! – выдохнула я, показав Марен на кресло, сама уселась на кровать.

– Да особо и нечего, – хмыкнула девушка и, стиснув руки в замок, невидяще перед собой уставившись, заговорила, – не знаю, как это произошло, могу только догадываться.

На крыше снег большим пластом лежал, услышала шорох и окрик, да поздно, видимо. Помню, шла и всё… очнулась уже на лавке, надо мной нависла незнакомая тётка и визжит. Я ей со страху в нос зарядила.

– А тётка чего? – хихикнула, понимая, что ситуация нисколько не забавная, но ничего не могла с собой поделать.

– Заверещала ещё больше, – со смешком проговорила девушка, – я две недели как дура по дому, двору и улицам ходила, всё высматривала, надеялась, что глюк.

– Слишком реальный.