– Думаю, что ничего с ним не случится, если сегодня этого не произойдет, – хмуро проговорила Евгения. – Ты что, уже забыла, что с нами в последнее время происходит?

– Нет, не забыла. Ты мне прикажешь теперь до конца жизни сидеть взаперти? Даже не подумаю, – не согласилась с сестрой Надежда.

– Приказывать не собираюсь, а вот предостеречь тебя и напомнить об опасности – это моя прямая обязанность.

– Думаю, что среди бела дня ничего страшного не произойдет, – кисло улыбнулась Надя. – Во всяком случае, очень надеюсь на это. Да и талисман пока со мной, – потрогав рукой медальон, добавила она.

– Ты же во все это не веришь, – съязвила Женя.

– Не верю в то, что я – дочь какой-то там Приттхиви, а в талисман я как раз верю, – парировала Надежда. – Он доказал уже три раза, что действительно меня оберегает.

Женя сразу же схватилась за свой медальон и посмотрела на него.

– О господи, Надя, что это с ним? – испуганно прошептала она.

– Что там?

– Он почернел, прямо в середине!

Надежда подскочила к сестре и начала внимательно рассматривать медальон.

– А ты уверена, что этого не было? – хмуро глядя на темные полосы, спросила она.

– Конечно, уверена, я же только вчера его разглядывала. И Вячеслав смотрел. Ой, кстати, он же его сфотографировал, – оживилась Женя. – На фотографии наверняка будет видно.

– Я все же думаю, что ты просто забыла, он такой и был, – не совсем уверенно произнесла Надежда. – Мне кажется, что у нас начинается мания какая-то.

– Не знаю, как у тебя, а у меня никакой мании нет. Я же прекрасно помню, что никаких черных полос на медальоне не было, – стояла на своем Евгения. – А чтобы убедиться в этом, нужно просто посмотреть на снимки, которые сделал вчера Вячеслав.

– Когда он успел-то? Я что-то не помню его с фотоаппаратом в руках, – заметила Надя.

– Это когда вы с Аленой за блинами уходили, – ответила Евгения. – Он хотел мой медальон со снимком в книге сравнить.

– Ну и что, сравнил?

– Не знаю, кажется, нет пока, – пожала Женя плечами. – Думаю, он бы нам сказал, если бы сделал это. Нет, точно, не сравнивал, – вспомнила она. – Он сказал, что за той книгой ему придется домой съездить. Он и твой хотел сфотографировать, но я сказала, что он точно такой же, как и мой, один в один. Ты же помнишь, мы с тобой их внимательно разглядывали, и никаких черных полос на моем не было, как и на твоем, – напомнила сестре Женя.

– Если честно, я больше на свой смотрела, – призналась Надежда. – Это же ты мне сказала, что они совсем одинаковые, как и мы с тобой, – улыбнулась она.

– Эта чертовщина начинает мне надоедать, – сердито проворчала Евгения. – Что бы это могло значить, как ты думаешь? – обратилась она к сестре.

– Не знаю, – растерянно пожала плечами та.