– Мама дорогая, кажется, я не доживу до завтрашнего утра, – провыла она.

– Не паникуй, ты совсем не нужна тем людям, которые охотятся за нами, – попыталась успокоить ее Надежда. – Так что живи до старости.

– Да я от страха умру, если дело так дальше пойдет, – пробормотала Алена. – И потом, ты же слышала, что Вячеслав сказал. Это не люди совсем за вами охотятся, а темные силы, – дрожа всеми частями тела, добавила она. – Им ничего не стоит еще одну «безгрешную» душу извести!

– Тьфу ты, дьявол, – сплюнула Надежда. – И ты туда же? Проснись, подруга, двадцать первый век на дворе. Темные силы, – передразнила она Алену. – Мы здесь, между прочим, дрались с настоящими людьми из плоти и крови, а не с бестелесными привидениями. И призраки ножей с собой не носят. Ай, да ну вас, – безнадежно махнула она рукой. – Я точно с вами скоро в сумасшедший дом попаду. Темные силы, надо же… Если бы это были темные силы, они бы не нападали на нас, а попросту развеяли по ветру. Фу, и нету, – дунула она на раскрытую ладонь. – Господи, ну что за чушь лезет в голову? Это называется с кем поведешься, – покосилась она на сестру и подругу.

Девушка сморщилась и схватилась за грудь, которая нестерпимо болела. Пальцы наткнулись на медальон, и Надя, внимательно посмотрев на него, пробормотала себе под нос:

– Впрочем, я, кажется, и сама уже начинаю кое в чем сомневаться. Ух ты, черт возьми, как больно-то, – опустив глаза на свою травмированную грудь и посмотрев на раненую руку, снова сморщилась она. – Я уже не знаю, во что мне поверить. Похоже, что этот медальон снова спас меня от смерти.

* * *Вячеслав был крайне удивлен, когда увидел, как открылась дверь, и на пороге возникла перепуганная троица. Все они были лохматые и взъерошенные, в рваной одежде, как после урагана.

– Что-то забыли, девушки? Или что-то случилось? – удивленно спросил он, пока не понимая, почему они как-то странно выглядят. Его голова была загружена в данный момент лишь тем документом, который лежал на его столе, поэтому все остальные проявления внешнего мира на время отдалились от его сознания.

– Нет, мы ничего не забыли. Вот, вернулись обратно, – растерянно улыбнулась Евгения, не зная, как сказать о случившемся. – Мы… нас… вернее, на нас… – бормотала она, подбирая нужные слова.

– Вы решили последовать моему предложению и остаться на ночь здесь, чтобы быть в курсе моей работы? – решил помочь ей молодой ученый. – Что ж, это ваше право, ведь фигурка Приттхиви принадлежит вам. Это дорогая, прямо скажем, очень ценная вещь, а если быть точным, то она бесценна! Вы правильно решили…

– Да при чем здесь фигурка, Вячеслав? – раздраженно перебила востоковеда Евгения.