Капитан ГБ, курировавший своего лучшего следователя, постепенно бледнел - он слишком хорошо представлял последствия, если Иевлев не вернётся в обычное состояние.

- Может психолога вызвать, вдруг нервный срыв какой-нибудь? - это был максимум его креативности в данный момент.

- Никаких психологов, пока я не доложу по инстанции, - возразил майор, - все действия только по команде сверху. Не хватало ещё экспериментов, и так непонятно что творится.

Он связался по телефону со своим руководством, с нетерпением ждавшим окончания стандартной процедуры, доложив об инциденте.

Гром и молнии с той стороны линии связи ничего объективного не сулили.

- Приказано прекратить допрос и больше ничего не делать.

То же самое озвучили и по линии НКВД, когда отчитался гэбешник-куратор, понимая что подписывает себе смертный приговор. Впрочем, всё равно такой прокол в тайне не сохранишь, уж слишком нужный специалист потерян на ровном месте. Разборки по поводу несчастного радиста, съехавшего с катушек, перешли на более высокий уровень!

Люди сороковых столкнулись с технологией ментальной защиты информации, которую начали разрабатывать в семидесятых.

От кандидатов попользоваться чужим всегда приходится отбиваться всеми правдами и неправдами. Особенно, когда сама инфа передаётся не радиограммой или пакетом с бумагами, а живым носителем. Не мог Межов допустить, чтобы не только аппаратура, но умение ей пользоваться, попало тем же немцам в случае непредвиденной посадки самолёта. Вот и использовал дополнительную систему охраны части секретов. Андрей Локтев, прошедший в своё время соответствующую подготовку, поставил ментальный блок под гипнозом бедолаге Константину. Если фашисты будут допрашивать сержанта мягко и ласково, он просто ничего им не ответит, как патриот. А любое применение силы или словесная угроза в грубой форме моментально вызывает срабатывание и человек впадает в нечто сродни аутизму. Естественно, что блок может снять только тот, кто его ставил - всё-таки коды задействованы. Но ради важности дела многие идут на риск и жертвуют собой, особенно когда идёт война!"

"Скандал достиг генштаба Красной Армии и следовало принять решение, причём оперативно. Согласно самого простого варианта имело смысл связаться с Лесником, повиниться и попросить подготовить ещё одного спеца.

Но как-то язык не поворачивался от слов ""повиниться"" и ""попросить"", а ""потребовать"" может и не пройти. Как бы не послали, причём справедливо, куда подальше. Межову хорошо - он вне зоны досягаемости и чтобы добиться результата насильно, придётся чуть ли не роту НКВД отправлять. И если он живым не сдастся, то грош цена попытке покомандовать. И не дай бог, товарищ Берия, а то и товарищ Сталин узнают о проблеме с радистом...