- Нажимаешь ""а"", вместо неё появляется ""ф"". Ещё раз нажимаешь ""а"" и вылезает ""ц"" или пробел. Третий раз нажимаешь ""а"" и получаешь какую-нибудь ""з"". То есть, кодирование очередного знака зависит от того, как был закодирован предыдущий.

Конечно, Гена не был асом в объяснениях, но надеялся, что его поймут хотя бы приблизительно. Особенно, тот момент, что даже базовое ключевое слово отличается при каждом радиообмене, ибо создаётся самими радистами в дополнение к текущему суточному ключу. Такое кодирование, конечно, подлежит дешифровке на тех же компьютерах будущего, но оно требует уйму времени, намного превышающее валидность самой информации, переданной в радиограмме.

Приходит, например, приказ отправить парочку сержантов-засовцев куда-нибудь в Сомали... Сколько времени имеется у врага на реагирование? Максимум неделя-другая, потом смысл теряется - сержанты уже пашут на какого-нибудь Сиада Барре. А времени на расшифровку уходит не менее пятнадцати лет, даже на самых навороченных компьютерах! Вот тебе и гарантия сохранения тайны. Не говоря уже о том, сколько пустопорожних обменов проводится между всякими ""Рубинами"" (Москва) и ""Абрикосами"" (Львов), например.

Чисто с плановой целью перегрузить противника ""белым шумом"", припахав его декодирующее ""железо"".

- Примерно ясно, хотя такой у нас пока нет.

- Сегодня нет, завтра будет. Пойми, всё в мире меняется, причём фундаментально. Даже радиограммы не нужно отстукивать на ключе или на датчике кода Морзе. Пакетируешь в спокойной обстановке, потом отправляешь ""свистульку"" за несколько секунд!

Прикольно, но сколько советских людей, слушая тот же ""Маяк"", обращали внимание на странную помеху типа посвистывания в течении нескольких секунд.

Диктор бубнит своё, или песенку поют, а слегка булькающий свист сопровождает передачу. И только единицы понимали, что идёт пакет с донесением. Или от Алекса, или самому Алексу! Попробуй запеленгуй, если обмен идёт на вполне официальной волне. Это в телеграфном режиме не слышны отзвуки телефонного, а в телефонном всякое бывает!

- Ладно, майор, пошли погуляем по лесу, поговорим о возможном сотрудничестве.

- Как хоть тебя зовут?

- Илья Дмитриевич Трофимов. Извини, большего сказать не имею права. Ты и звание узнал лишь потому, что подслушал.

- Я, Межов Геннадий Алексеевич. Тоже большего сказать не могу, но по другой причине."

"А куда деться, если возникает эффект паутины - чем больше даёшь ответов, тем больше возникает новых вопросов. С явным усилением желания одного из собеседников сдать другого в психушку. То есть, тот случай, когда откровенность приводит к озлоблению и ненависти. Небось, каждый муж с таким сталкивался, вернувшись лишь часа в четыре утра. Скажешь, что был в библиотеке - забьют, как мамонта.