Даже в лес, на юг, добраться сложно: полкилометра полей за шоссе, два километра редколесья - пока добежишь и разбомбят, и выловят, и догонят на лагерных грузовиках и вездеходах (по две единицы того и другого всегда под рукой).

На три сотни пленных, имелось практически три взвода охраны, не считая ещё десяток собак и заезжающих за бесплатной рабсилой ""купцов"" со своими бойцами.

- Аня, ты сегодня работаешь вместе со старшиной, будешь пулемётчицей, вторым номером. Как только скомандую вам отходить, никакого героизма не проявляй, иначе всех нас погубишь и красноармейцам не поможешь.

Ты меня поняла?

- Слушаюсь, товарищ майор. Но хоть инициативу можно проявить по обстановке, или раненого перевязать?

- Никаких перевязок и никакой самодеятельности! Иначе лично загрызу, а потом из тебя суп сварю. Я, между прочим, хочу на твоей свадьбе поплясать после войны.

- Да какая свадьба, Геннадий Алексеич, мне ещё и двадцати нет, а я девушка серьёзная. Хочу высшее образование получить. Сами понимаете, скоро Красная Армия придёт, наверняка до зимы. Так что не до свадьбы мне, извините.

А что делать? Не объяснять же, что до Берлина ещё четыре тяжёлых года, а РККА по-прежнему отступает.

Да и толку от этой инфы никакого - тут смерть может в любой момент прийти, не спрашивая. Конечно, Гена лучше бы сам воевал, с помощью старлеев, но куда деть ""хвосты""? Нельзя их держать в обозе, могут и бунт поднять. Тогда уж точно всю плешь проедят! Вот и приходится ставить боевые задачи, исходя из их возможностей.

К двум часам ночи Артём и Андрей разошлись по флангам, благо колхозное поле никто не освещал и туда даже не глядел. Часовым на вышках хватало других забот - смотреть на бараки или другие постройки и думы думать, потихоньку подрёмывая вполглаза.

Рутина, повторяющаяся изо дня в день, отравляет бдительность и отрубает внутреннее чувство опасности. Скука - стопудовый бич для охраны, это те, кто в караулке, имеют развлечения. А в общем и целом, всё по уставу: одно отделение спит, другое балду гоняет и лишь третье хоть чем-то полезным занято. С них и начали бесшумный отстрел.

Как только патрульные оказались по дальним концам периметра - старлеи тут же их расстреляли и занялись своими парами вышек.

Межов грохнул часовых на центральных вышках, после чего влепил ""Шмеля"" прямо в караульное помещение. Филатов уже тарахтел из ПК по выбегающим из пожара. А выбежать придётся всем - никто не рискнёт отсиживаться в горящем деревянном помещении! Правда, дверь всего лишь одна, да пара окон в наличие - и всё под контролем. Рыбаков уже закидывал ""лимонки"" в спальные кубрики гарнизонки, а Локтев добрался до одного из вездеходов, чтобы попользоваться готовым к оперативному употреблению МГ.