Кто ты, откуда, сколько тебе лет, твоё бывшее имя - для твоего хозяина останется тайной. Единственное, что он будет знать о тебе - это то, что ты его вещь, принадлежащая ему полностью. Кстати, в каком возрасте ты потеряла девственность?

- В семнадцать сол, госпожа...

- Значит, тебя омолодят до шестнадцати. А теперь можешь идти. Если у тебя, разумеется, нет вопросов.

- Госпожа... - вставшая с кресла женщина осталась стоять, устремив взгляд в пол.

- Что, ты решила не изменять себе? У тебя всё же появились вопросы?

- Госпожа... но это же... это же рабство!

- Совершенно верно, девочка! Это действительно рабство. Но ничего, побудешь немного рабыней, быть может, научишься не только молчанию, но и смирению. Говорят, это полезно. И не забывай - ты поклялась. За непослушание - смерть. Или ты решишь предпочесть смерть рабству?

- Нет, госпожа...

- Необычайно благоразумная девочка! Кстати, я разрешила тебе уйти.

- Госпожа...

- У тебя что, остались ещё вопросы?

- Всего один, госпожа...

- Ну, хорошо, я сегодня добрая. Задавай свой последний вопрос.

- Госпожа... Вы сказали про десять циклов... Значит, моё рабство - не навсегда?

- Разумеется. Я же не зверь всё-таки, и хочу оставить тебе шанс вернуться к привычной жизни - надеюсь, трёхсот сол для коррекции твоего поведения будет вполне достаточно. По прошествии этого времени ты имеешь право заявить своему хозяину, что срок твоего заточения истёк, и ты - свободная женщина. Также снимается запрет на разглашение любой личной информации - информация о клане, разумеется, остаётся закрытой.

- Но, госпожа, а если мой хозяин не захочет меня отпускать?

- Это уже следующий вопрос, девочка, но я, так и быть, отвечу и на него. Твой хозяин, разумеется, может сделать с тобой всё, что захочет, но постарайся своим поведением не дать ему такой возможности. Только от тебя зависит, отпустит ли он тебя обратно в клан или нет. А я... я буду ждать тебя обратно через десять циклов. А теперь ступай - время разговоров закончилось. Готовься к встрече со своим хозяином...

***

Резиденция клана Торуга...

Женщина, устало откинувшись на спинку кресла, медленно просматривала всплывающие на экране головизора оперативные клановые сводки, и то, что она из них узнавала, ей крайне не нравилось. Не нравились решения императора и методы, которыми они реализовывались. Не нравились поступки будущей императрицы. Матриарх была против этой операции, но император и его дочь, формально входящие в клан и подчинённые матриарху, в то же время как руководители государства - один действующий, а другая - будущий, обладали своей собственной властью и могли принимать самостоятельные решения. Вот такая политическая коллизия...