Здесь был старшим Хорев, а он сам обозначил, что я здесь нахожусь по его указанию. Вместо этого он с изумлением посмотрел на Хорева и переспросил:

— Этот юнец и есть прапорщик Громов? Тот самый?

— Именно так. И повторюсь, именно из-за провала капитана Снегирева, он находится здесь. Ранее он был на другом задании, но мне пришлось его отозвать.

Тот поднял руки перед собой в непонятном жесте, удивленно покачал головой, посмотрел на меня слегка иным взглядом, но ничего не ответил. Да-а, слухи, по большей части надуманные, обо мне ходили такие, что мне аж стыдно стало — надо же, возрастом не укладывался в их представлении.

Впрочем, меня это нисколько не волновало. Что мне эти полковники? Их и в прошлой жизни хватало.

— Ну, Громов, что ты предлагаешь? — спросил Кэп.

Я шумно вздохнул, медленно подошёл к расстеленной на столе рабочей карте. Взял красный карандаш.

— Так… После первого провала ясно, что тем же маршрутом туда уже никак не попасть. Бдительность у духов повышенная, они знают, что ими заинтересовались. А уж если там действительно есть представители США или запада… Не удивлюсь, если ваши ходы они уже просчитали.

Я предлагаю использовать отвлекающий маневр. Со спецэффектами. Как приманку. Например, устроить какой-нибудь взрыв неподалеку… В идеале, старый списанный самолёт «уронить», с бочкой солярки, чтобы хорошо горело и дымило.

— Что значит уронить? — хмыкнул подполковник. — Устроить крушение?

— Именно. Где-то здесь, на удалении от объекта примерно в полкилометра… — я указал на карте. — Духи должны его увидеть и услышать.

— Это абсурд! У нас тут что, списанные самолёты по цене металлолома лежат?

Я промолчал.

Именно так и было — списанной техники хватало. В Сирии та же картина — сирийцы технику не чинили, они просто сгоняли ее в отстойники, где она годами и ржавела. Просто чтоб организовать нечто подобное, нужны были разрешения, команды. И еще ограничение, чтобы информация об обманке не ушла. Духи же как-то нашли бункер и смогли попасть внутрь.

— А что нам это даст? — спросил майор.

— Время. И возможность действовать иначе. Чтобы было странно не только для вас, но и для них.

Не по советским стандартам. В операции будет задействован только один человек, второй — на подхвате, будет ждать снаружи, на некотором удалении и все фиксировать.

Офицеры переглянулись. На их лицах застыли гримасы скептицизма. Так не делалось.

— Максим, ну допустим, упадет самолёт. Я все еще не понимаю, как попасть внутрь бункера?

— Герман Петрович… — громко произнес я, обращаясь к человеку на проводе. Связь была активной. Тот покашлял, но себя обозначил быстро.

— Да, да… Я тут.