- Моя фантазия рискует не пережить попытки представить, что с него можно взять и как, - флегматично ответила, прислонившись спиной к машине и закрывая глаза.

По щекам вновь текли слёзы, которых я не замечала. Звонок от Солнцевой стал тонкой соломинкой, за которую я ухватилась в попытке отвлечься, отодвинуть всё назад и стать тем, кем меня привыкли видеть. Шутить, иронизировать и язвить в любимой прохладной манере. Ведь это так просто…

Горько усмехнулась, стирая тыльной стороной ладони мокрые дорожки со щёк. Притворятся км-то другим не так легко, как может показаться. А когда в твоей душе бушуют собственные демоны прошлого и вовсе невозможно. И нормально общаться, уютно молчать в эти, да и другие дни я могла лишь с семьёй.

Им не надо было объяснять, почему Ледышка, Снежная Королева и гордая Фроз, единая во всех лицах, сидит, забившись в угол дивана. И пьёт терпкий, горький кофе. Обжигается, проливает на футболку, беззвучной плачет…Но всё равно пьёт горький, крепкий, кофе без сахара. Боюсь, остальные знакомые рисковали заработать когнитивный диссонанс от такого зрелища.

Все, кроме Харон. Та видела меня и в менее презентабельном виде. И кто бы мне сейчас объяснил, почему в моих мыслях «Ледышка» вновь прозвучало с оттенком очень знакомого, мужского голоса?

- Устрой аукцион на самую оригинальную идею, - хмыкнула Анька. И я могла поклясться, что она выразительно пожала плечами в этот момент. – Так что? Ты согласная или как? Или товарищу Хариусу Рыжему, обыкновенному, стоит придумать ещё какую-нибудь замануху для твоей ледяной светлости?

Оттолкнувшись от машины, я побрела в сторону магазина, задумчиво теребя кончик косы, перекинутый на плечо. И совершенно не представляла, что ответить на такое заманчивое предложение. А если быть совсем откровенной, то и думать над  этим не имела никакого желания. Вот только, поразмыслив немного, к своему вящему удивлению я поняла, что…

Не могу сказать нет. Не могу и всё. Упираюсь, упрямлюсь. Язвлю, отнекиваюсь и подначиваю колкими фразами, пряча за ними своё истинное состояние. Однако, ответить твёрдо и категорично «нет» так и не смогла себя заставить. Хоть и хотелось…

Остановившись у самого крыльца, я вздохнула, уткнувшись лбом в плечо подоспевшего Веньки, неслышно вставшего рядом. Потёрлась носом, вдыхая пряный, чуточку свежий аромат его одеколона. И ответила, сдавшись окончательно и бесповоротно:

- Ладно. Уговорила, покупаю.

В ответ раздался ликующий вопль, смех и звон бокалов. А у меня в голове закралось нехорошее подозрение, что документы убрать подальше никто не удосужился. И как назло тут же раздался звук падения чего-то тяжёлого и нелестные комментарии в адрес чужой криворукости.