– Где мои будущие танцоры потеряться изволили? Вроде бы, мы с ними договаривались на шесть часов, а времени уже полседьмого и даже больше…

- Ну, если бы они передумали, они бы тебе уже позвонили, - логично заметила Солнцева, допивая свою порцию кофе и откидываясь на спинку кресла. – Может, в пробку попали или ещё чего…

Договорить она не успела, охрана по внутренней связи сообщила о посетителях, которым назначено. И спустя пять минут после того, как я разрешила проводить их ко мне, в кабинет вошла группа молодых людей.

Ну как группа. Чаруш Ефима и Анну Каралову я узнала сразу. Сегодня, для разнообразия, Ефим щеголял штанами полувоенного образца и кожаной курткой, а Аня была в бриджах и тунике, с любопытством оглядываясь по сторонам.

Карлова с любопытством осмотрела собравшихся в комнате людей и, заметив Исаева, не выдержала, расплываясь злорадной и довольной улыбке. Демьян, сначала недоумённо нахмурила, а потом, поддавшись вперёд и рассмотрев гостей поближе, неожиданно удивлённо охнул, изумлённо вскинув брови.

- Ты?!

- Я, - Каралова хлопнула своего парня по рукам, и Ефим тут же её отпустил, давая отойти в сторону.  Вытащив у него из внутреннего кармана бумаги, она подошла к столу и протянула их мне, виновато улыбаясь. – Простите, Эльза, мы дико извиняемся за опоздание. Пришлось чуть-чуть задержаться. А то кое-кто нашёл тут магазин для граффитистов и совершенно не желал покидать его.

- Магазин для граффитистов? – я недоумённо приподняла брови, пытаясь рассмотреть, с кем вместе пришли представители танцевальной группы.

- Один художник – это проблема, а два художника – это все магазины для творчества, которые они в принципе смогут найти через гугл, - буркнул Ефим, укоризненно посмотрев на товарищей. – А совести у некоторых отродясь не было…

- У меня? Совесть? – приятный женский голос был полон лёгкой самоиронии. Оставшаяся у двери парочка разделилась. И один из них, невысокая темноволосая девушка, с короткой, взъерошенной стрижкой и ехидным прищуром глаз, прошла на середину кабинета.

Огляделась по сторонам, как-то странно хмыкнула, встретившись взглядом с несколько озадаченно глядевшим на неё Исаевым, и добавила, едва заметно пожав плечами:

- Чаруш, моя совесть ещё в детстве подписала со мной договор. Она меня не кусает, я её не имею, - и без перехода, повернувшись к Демьяну, она засунула руки в задние карманы джинсов, мрачно и предвкушающе протянув. – Ну надо же… Какие люди, да без охраны, да в непосредственной близости от такой скромной, невинной и слабой меня! Ну здравствуй что ли, братец мой товарищ Антихрист, собственной грешной персоной.