Крупногабаритное, радующее глаз сиянием огромных камней в ушах и убивающее чувство прекрасного во мне собственным умением одеваться и краситься.

К новоявленной Венере Милосской прилагалось ещё одно тело. Субтильнее, худощавее и скромнее. На первый взгляд. На второй, я в который раз порадовалась умению держать себя в руках, потому как узреть в нынешнее время такое эмо-чудо и не заработать нервный тик на оба глаза – это воистину искусство.

- Прошу прощения, - вскинув брови, я отошла в сторону, пропуская несущуюся со всех ног парочку, выглядевшую бледно и порядком испуганно.

И было отчего, скажу я вам, когда моему взгляду предстала ещё парочка занятных экземпляров, выходящих из нужного мне кабинета. Один почему-то был подозрительно знакомым, но я никак не могла понять почему. Второй же в чёрной футболке с жизнерадостным девизом, явно подпортившим жизнь не одному эмо-киду, всем своим грозным видом внушал страх и трепет окружающему миру.

А раздавшийся из кабинета насмешливый мужской голос, сетовавший о том, что Рыж обладала слишком хорошим терпением и так долго не отправляла по общеизвестному адресу таких экстравагантных клиентов, окончательно убедил меня в том, что скучно мне тут точно не будет. О чём я спокойно и возвестила, зайдя в кабинет и остановившись возле жуткого вида фикуса:

- И я о том же, - окинув взглядом просторный кабинет и оценивающе взглянув на привлекательного и узнаваемого парня на диване, я вежливо улыбнулась явно обрадовавшейся Аньке. – Нет, Рыж, соглашаясь на должность администратора, я, конечно, подозревала, что будет весело… - ещё раз демонстративно осмотрелась по сторонам и хмыкнула, выразительно выгнув брови. – Но что бы настолько?

- Эльзик! – расплылась в широкой улыбке Солнцева, увидев меня. – Ты всё-таки пришла!

Я на это только едва слышно фыркнула, и пожелала себе терпения, терпения и ещё раз терпения. Потому что если здесь такие загадочные кадры, в том числе и среди сотрудников, то оно мне явно пригодиться.

И ведь поди ты… Знала, что просить надо!

Глава 3.

Если бы кто-нибудь спросил меня, как я познакомилась с Анькой и на почве чего мы умудрились сойтись, я бы ответила так. На ниве процветающей лени и отсутствия инстинкта самосохранения у рабочих сусликов. А говоря проще, Солнцева пришла устраиваться на автомойку, ну а я, соответственно собиралась оттуда увольняться.

Не то, что бы рыжее чудо с острым языком и не проходящим оптимизмом на который мне с моей холодностью так отчаянно везло, вызвало у меня любовь с первого взгляда. Я бы даже сказала, что мы не очень-то друг другу понравились. Но общий враг, в лице отчаянно отлынивающей и ни во что не ставящей администратора бригады, он, знаете ли, объединяет.

Так мы и начали общаться. Слово здесь, слово там.