Благородные шари и шали, выбежавшие из своих комнат, чтобы посмотреть, что происходит, на всякий случай, снова прятались за высокими дверями, чтобы случайно не попасть под раздачу. За нагом, вооружившись подсвечником, мчалась рыжеволосая женщина.

- Старый извращенец! – кричала она, размахивая серебряным подсвечником.

Плотная белая сорочка, словно саван демона смерти очерчивала тонкую фигуру воительницы. Ярость в зеленых глазах, смешанная с азартом погони, заставляла огромного нага двигаться вперед, прямо в каменную стену.

- Я не старый! – Пыталась оправдываться жертва, не замечая каменной кладки на пути. Как будто в возрасте была его вина.

Женщина его оправданий не слышала. Или делала вид, что не слышит. Она четко гнала змея в тупик по маршруту, который знала наизусть.

Капитан Шайра вдруг решил окликнуть нага, предупредить о стене на пути, но не успел. Через мгновенье, приют святой Ифтарии разбудил оглушительный грохот камней, выпавших из стены, и рев поверженного змея. Зеленые глаза женщины победно сверкали в темноте. Серебряный подсвечник, словно меч, она подняла высоко над головой и гордо вздернула аккуратный нос.

- Поздравляю, Леди, - сказал капитан, давя улыбку и стараясь сохранить серьезное выражение лица. - Встретимся в зале правосудия на рассвете.

- Вам помочь с уборкой? – как ни в чем, ни бывало, спросила женщина. Как будто это не она устроила весь этот бардак.

- Что вы, Леди! Мы справимся! – вместо капитана ответил кто-то из гвардейцев.

Тут же два крепких нага подползли к шари, схватили его под руки и потащили огромного в больничное крыло. Леди удовлетворенно вздохнула, как вздыхают благородные шали, когда им преподносишь желанный алмаз, или сапфир, и пошла в сторону детского крыла, напевая себе под нос шуточную песенку, про какой-то синий трактор. Что такое трактор, почему он синий, капитан спрашивать боялся. Вдруг это было какое-то запретное заклинание, которое даже обычной женщине давало магическую силу для сражения с нагами.

Глава 2.

Рената

Залом правосудия в приюте святой Ифи гордо именовали небольшое, круглое помещение без мебели, в котором помещалось не больше пяти взрослых змеиных хвостов и пара человек. Раньше здесь была комната исповедей для особо важных шари. Потом здание отдали под детский приют и школу, при горном монастыре, а исповедальню переименовали в «зал правосудия»."

"Из украшений здесь был только древний витраж, изображающий местную богиню. Он был вмонтирован в потолок, достаточно высоко, чтобы кривые линий и изуродованное лицо той самой Ифтарии нельзя было рассмотреть. В общем, на месте неизвестного мне автора, я бы этот древний позор тоже спрятала куда-нибудь подальше от глаз.