Не считай меня, Ленайра, таким уж монстром, затеявшим все ради усиления своей власти. Просто я видел, что с твоим дедом мне не по пути. Я пытался ему объяснить свои цели и чего хочу, но он даже слушать не стал. Встал в позу и заявил, что не допустит попрания древних традиций. Но эти самые древние традиции полезно время от времени пересматривать. Тогда я и понял, что либо я уберу с пути твоего деда, либо он приобретет власть больше, чем у императора. У него ее и так было больше, чем положено.

Ленайра снова промолчала. И только когда император вышел, отозвалась.

— Самое паршивое, что он полностью прав, как бы мне ни хотелось это признавать. Потому я и не хотела снова встревать во всю эту политику. Сейчас нужны свежие люди, которые очистят авгиевы конюшни. — Лешка на такое сравнение хмыкнул, иногда Ленайра становилась слишком уж Снежаной, даже афоризмы чужого мира использовала легко и непринужденно. — А если бы я осталась наверху, то все эти назначенцы деда обязательно прибежали бы ко мне с требованием защиты и покровительства. И не откажешь, не мои вассалы, но вассалы Рода. Сейчас же я свободно в выборе тех, кого оставить на постах, а кого отозвать.

— Могут не подчиниться?

— Могут. Они вассалы, а не рабы. Их выбор. Но в случае отказа на поддержку пусть не рассчитывают.

Лешка же думал, что Ленайра слишком быстро и слишком много приобрела врагов. И отход от дел на некоторое время тут воистину спасителен. А значит ей очень нужны те, на кого она всегда может положиться.

Словно прочитав его мысли, девушка сообщила:

— Я всем своим личным вассалам отправила вызов. Они приедут после свадьбы. Пора формировать свою команду, смотреть кто на что годен и поручать первые дела. Этих вассалов пока мало, но я присматриваюсь… присматриваюсь, да. Нужно формировать внутренний круг.

— Чтобы ни случилось, я с тобой, ты же знаешь…

— Знаю… Спасибо, Леша…

Финал

Согласно верованию империи Лавровый лист считался растением мужским, тогда как омела женским. В традициях империи были венки их них. Но никогда мужчина не наденет венок из омелы, а женщина из лаврового листа. И только однажды это правило нарушалось. Во время свадьбы, как символ единения двух сердец на голову мужчины возлагали венок омелы, а на голову его спутницы венок лавровый. Именно в них сейчас пара молодоженов и направлялась к жрецу. Обычаи в империи по поводу брака вообще отличались редкой скрупулёзностью, где каждый жест нес какое-то значение. Потому этот момент и репетировали по несколько раз, добиваясь точности действий. К счастью, он был недолог. Правильно подойти к ало-белой дорожке, дождаться.