Не бог весть какой компромат, но Фаренджер знает про мою страсть к кистонскому шелку и быстро сопоставит дважды два. И получу я от него тоже дважды, — в этом я была уверена, не первый год знаем главу Тайной канцелярии. — И за авантюру, и за поддержку контрабанды.

— Что значит «какая разница»? — изумилась подруга. — Дель бы сказала, что в нашем возрасте встретить незнакомого приличного мужчину шансов крайне мало!

— Да уж куда как приличного! Он украл мою юбку! Я утром отправила Клару разузнать. Она сказала, что горничным ничего не передавали, и в комнате они тоже ничего не нашли.

— Каков мерзавец! — восхитилась Алисия. — Ну не носить же он ее будет! И если бы она попала к Фаренджеру, мы были бы уже в курсе: считать, чьи заклинания прочности на ней, он бы точно смог. Ты бы уже сейчас оправдывалась в его кабинете.

— Зато наш незнакомец поинтересовался у горничных, много ли модных гостеприимных леди при дворе.

— Хм… Думаю, он догадывается, что юбку ты предпочла бы забрать. Так и быть, я подарю ему панталоны. Лучшие. Белые в синюю ромашку. Или что там синее? Васильки?

— Поторопись, — съехидничала я. — Мне сказали, господин отбывает завтра утром.

— Ну что же. Если я правильно поняла, то вчера мы взбодрили охрану, оживили легенду, порадовали одного лорда, расстроили другого, пощекотали нервы и получили трофей. И я сильно сомневаюсь, что даже если б ты была без маски, этот лорд запомнил бы тебя в лицо. По-моему, вполне позитивные итоги. Главное, что результат есть. Переписку Гиневры мы перехватили."

"— И не только ее, — я достала припрятанное в ридикюле письмо и протянула его Алисии. Настал момент истины. Подруга сначала быстро пробежалась по строкам, но, побледнев, начала перечитывать внимательно.

Я молча дождалась, пока она закончит и поднимет глаза.

— Как? — это все, что она смогла спросить, когда справилась.

— Приглядись к ленте на письме. Она серая. У Гиневры ленты розовые. Вероятно, различные цвета использовались во избежание путаницы. Я схватила конверты с розовыми лентами, но уже в комнате поняла, что к ним приклеился другой, — мне осталось развести руками. — Я сейчас даже не знаю, плохо или хорошо, что так вышло. Это, конечно, создает нам определенные проблемы, но если бы эти письма не всплыли, все могло бы кончиться совсем печально.

— Остается надеяться, что мы не сорвали какую-то операцию Фаренджера, — задумалась Алиса. — И что ты собираешься со всем этим делать? Не думаю, что у нас есть право на ошибку.

Мне стало даже как будто легче от этого «нас». Вдвоем мы всегда справлялись.

— Полагаю, это сфера Тайной канцелярии. Значит, нам следует рассказать Фаренджеру или хотя бы отцу. Но мне не очень хочется его впутывать.