Витя ловко, как цирковая обезьянка, вскарабкался по ней. Я полезла следом.

Лестница привела нас в узкий коридор. Пройдя по нему метров двадцать, мы оказались в маленькой комнатушке с единственным узким окном.

В этой комнатушке был деревянный топчан с продавленным матрасом, два ящика, игравшие роль стола и стула, и еще один, в котором были сложены какие-то пожитки.

Витя выглянул в окно, поманил меня.

Я выглянула через его плечо.

Из окна был хорошо виден заросший бурьяном пустырь, тянувшийся до двух больших корпусов. Чуть в стороне стояла моя машина, а немного дальше – громоздкий черный джип, похожий на катафалк.

Около него разговаривали те двое, которые напали на меня час назад – охранник в черной униформе и мрачный тип в плаще с поднятым воротником – Петрович.

Они еще немного поговорили, потом посмотрели в сторону здания, где прятались мы с Витей. Я невольно отшатнулась – мне показалось, что они глядят прямо на нас. Но тут же я сообразила, что они никак не могут нас видеть. Должно быть, Петрович просто приказывает своему подчиненному следить за ямой, где, как он думает, сижу я.

После этого Петрович сел в джип и уехал, а охранник, проводив его взглядом, неторопливо направился к одному из фабричных корпусов.

Проверить яму он поленился.

Витя облегченно вздохнул и проговорил:

– Петрович уехал, а Валентин ушел к себе спать. Когда Петровича нет, он почти не выходит. Ему ходить неохота. Теперь не страшно, можно идти.

– Куда идти?

– Ты говорила, дашь Вите кофе. Витя любит кофе.

Ну да, и правда, я обещала ему, да мне и самой ужасно захотелось выпить горячего, а в машине остался полный термос.

Мы с Витей проделали обратный путь, спустились по железной лесенке на первый этаж и выбрались через потайную дверь в цех.

Витя повел меня к выходу – не к тому, через который я вбежала, а к другому, в дальнем его конце.

Прежде чем выйти из цеха, Витя остановился возле стены, дотронулся до нее и что-то забормотал. Я пригляделась и увидела, что на ней нацарапано несколько крупных, кривых цифр:

16.08.96

Эти цифры показались мне смутно знакомыми. Где-то я их уже видела, но вот где? Я не могла вспомнить.

Рядом на стене были какие-то неглубокие зарубки или просто горизонтальные царапины, выстроенные в несколько столбиков.

Витя водил по ним пальцем и что-то тихо бормотал. Я прислушалась.

– Леха Николаев… Серега Большой… Серега Маленький… Рустам… Мария… Ксана… Зульфия…

– Что это за имена? – спросила я.

Витя испуганно покосился на меня, огляделся по сторонам и прошептал:

– А ты никому не скажешь?

– Нет, никому, не бойся.

– Смотри, про это никому нельзя говорить… они все тут – и Леха, и два Сереги, и Зульфия, и Ксана, и Рустам, и Вася Длинный…

– Тут? – удивленно переспросила я, оглядевшись по сторонам.