— Да, ну, вас, — отмахнулась Воронова и вошла в квартиру.

Кажется, она смирилась с тем, что Олег все-таки отправится смотреть на настоящие трупы, да еще по собственному хотению. Только, обернувшись, бросила на меня просящий взгляд и тихо проговорила:

— Присмотри за ним, Андрюш, ладно?

— Не волнуйтесь, всю жизнь этим только и занимаюсь, — абсолютно серьезно ответил я.

Та лишь покачала головой, мол, преувеличиваешь, долго не было тебя в Новоульяновске, но вслух ничего не сказала, закрыла дверь. Ну, не скажу же я ей, что я в прошлой жизни с ним тоже нянькался.

Вот теперь, похоже, и в этой придется. Судьбу не обманешь, все возвращается на круги своя. Хотя нет… Не все. Травмы детства у Олега теперь нет, биологическая мать-деспот Зверева не сломала ему психику. А Воронова его любит, как родного, это сразу видно, и сам он ее мамой называет отнюдь не для галочки. Да и семья обеспеченная, Евгения Петровна главбухом работает. Больше мужа-доцента зарабатывает.

— Ну, что встал? — Олег призывно прищурился на меня. — Машина ждет, товарищ капитан.

* * *Подъехать удалось почти к самому месту происшествия.

Лес был без зарослей и подлеска. Но деревья замшелые и столетние, как в сказке «Гуси-лебеди».

— О… — воскликнул Федя. — Это же та самая поляна, где нашли Черпакова. Ну, точно она! Впору здесь засаду выставлять. А ну как Мясник еще кого-нибудь сюда притащит.

— Типун тебе на язык, Федор Сергеевич, — поморщился Горохов, — Накаркаешь.

— Я же за дело болею, вот здесь надо его теперь караулить, точно говорю.

— Не придет он второй раз сюда, — замотал Головой шеф. — Если не дурак. А маньяки обычно не дураки, потому и не могут их поймать, а нас вызывают.

Возле поляны стоял «бобик» и Жигуль, тарахтели двигателями, освещая арену событий.

— Встань вот так же, чтобы фарами светить, — сказал я Вите.

Мы выбрались из РАФика и подошли ближе. К дереву была привязана женщина. На вид лет чуть за тридцать. Лицо можно назвать даже красивым, если мысленно стереть с него мертвенную бледность, а с тела — уродливое отсутствие ноги. Одета в нехитрое платье, соломенные волосы заплетены в косу.

Возле трупа торчала пара милиционеров и уже суетился Мытько, глаза красные, будто не выспался.

Ну, поспать нам всем сегодня вряд ли дадут.

— Ну, что тут у нас? — обратился Горохов к милиционерам.

Один из них в звании подполковника, очевидно, проверяющий по УВД, вытянулся в струнку:

— Все, как в прошлые разы, Никита Егорович, крови не обнаружено. Личность потерпевшей пока не установлена. Место глухое, свидетелей, естественно, нет, только вот рыбачок в машине сидит, который на тело и напоролся.

— Пусть сидит, поговорю с ним предметно потом, — следователь повернулся к Мытько.