У Морошко схожая цитологическая картина, но я только сейчас это перепроверил и установил, сохранились у меня образцы его тканей, не все отправил на гистологию и биохимию. Ведь первоначально казалось, картина предельно ясна была. Голова с плеч — и смерть, никаких вопросов о причине смерти. Ни алкоголя в крови, ни других сильнодействующих веществ не обнаружено. А тут вот нога… Хитрый случай, еще и пятна на коже нетипичные для кровопотери. Все досконально исследовал и вот нарыл, — Мытько махнул на столик с микроскопом, будто приглашал снова взглянуть на результаты его «инфузорных» изысканий.

Но при этом эксперт виновато поджал губы.

— Погодите, — нахмурился Горохов. — Это что получается? Что заключение по первой жертве, по Морошко, неверное?

— Отчасти, — прижал руки к груди эксперт. — Все же, отсечение головы в приоритете, как причина смерти.

— И что теперь? — продолжал хмуриться Горохов. — Назначать повторную экспертизу? Или дополнительную. Или как?

— Лучше не надо, — Мытько заискивающе посмотрел на шефа и чуть улыбнулся. Просто имейте это в виду, про угарный газ, держите в уме.

— А почему вы не хотите это документально зафиксировать? — с подозрением спросил Катков.

Точность он любил, а вот тонкости понимал не всегда. Я заметил, как Мытько поморщился, будто ему на мозоль встали.

— Понимаете, мне еще квалификацию подтверждать скоро. За ошибочные выводы меня по головке не погладят.

— Ладно… — кивнул Горохов. — Оставим пока так. Хватает доказательств эти два эпизода объединить. Трупы в лесу привязаны. Веревка схожая из пеньки, частей тела у каждого не хватает. Кровь слита. Картина схожая и без угарного газа. Но вы сохраните биоматериал Морошко на всякий пожарный случай. Мало ли что… Возможно, все-таки придется назначать повторную экспертизу. Но, думаю, обойдемся.

— Спасибо, — Мытько истово пожал руку следователю. — Я в долгу не останусь.

— А вы мне и не должны, — вскинул на него бровь Горохов. — И вообще, что за бардак у вас в морге творится? Судя по объявлению на входной двери, у вас тут незаконная торговля трупами организована?

— Ну что вы! — всплеснул руками Мытько. — Это патологоанатом Лешка Вязовскин калымил. Людям лапшу на уши вешал, мол, вскрытие и прочая помывка трупов — платная. Но с ним уже беседу провели, проверкой из ОБХСС пригрозили. Исправился, паскудник, вроде.

— Тогда объявление почему не снимете?

— Так сказать, для устрашения. Решили, пусть пока повисит — и Лешке наука будет.

Дверь лаборатории распахнулась и внутрь ворвалась Лена. Моя старая знакомая. Медсестра, которая меня выхаживала с ножевым, а ныне — супруга и помощница Мытько. Легкое летнее платьице ладно сидело на фигуре, которую я сначала не узнал.