Если нужно сегодня вернуться в Москву, то поехали.

– А твой живот?

Машу рукой:

– Потерплю, главное – это ваши дела.

Ратмир берет меня за плечи и затаскивает в номер:

– Тогда, может, забудем и про правила?

Сглатываю, а он наклоняется и целует меня.

Глава 11

Ева

Неожиданно. Вот значит, какие ощущения, когда тебя целуют… Конечно, технику поцелуев нам тоже преподавали, хоть мы и не тренировались на манекене, это считалось не таким важным, как все остальное.

Но я сейчас совершенно обо всем забываю, не думаю, только стою, открыв рот, и чувствую, как губы Ратмира обволакивают мои губы и как его язык прикасается к моему. По коже бегут мурашки, но не такие, как до этого: не от холода. А приятные мурашки. Это меня пугает.

Закрываю глаза и пытаюсь ответить так, как нас учили. Плохо выходит.

А затем резко открываю глаза и отстраняюсь. Что же я делаю?

Ратмир смотрит так, как будто ничего и не было, а вот у меня щеки горят (я чувствую).

– Про правила мы забыть не можем, – начинаю я говорить и сама себя ругаю: как неуверенно сейчас звучит мой голос.

– Просто хотел проверить, как ты целуешься, – он проходит мимо меня, идет к бару и наливает себе что-то в бокал.

Поворачивается и говорит равнодушно:

– И целуешься ты на троечку.

Сжимаю кулаки. И повторяю про себя: Ева, не реагируй. Не надо. По всему видно же, что он просто специально меня провоцирует.

Как будто купил себе жену, чтобы насмехаться.

***

Мы все-таки ночуем в гостинице. Я ложусь с одной стороны кровати, Ратмир на другой. Совершенно не смотрит в мою сторону и не заговаривает со мной.

Я погружаюсь в свои мысли. Долго не могу заснуть и все думаю о том, что будет дальше. Затем вспоминаю Дарину. Если мне уже так непросто приходится (это я ещё отстрочила «супружеские обязанности» до свадьбы), то, что чувствует она?

В голове страшные картины, как ее заставляют раздеться и берут против воли… И все ради ребёнка.

Ратмир, наверное, тоже рассчитывает, что я буду рожать ему наследников. Надо побеспокоиться об этом заранее. Купить незаметно таблетки. Хорошо их спрятать.

В конце концов, я проваливаюсь в сон. Мне снится Дарина. Я сбежала от Ратмира, стала свободной, закрыла «Красную Лилию». Но вот… У Дарины большой живот, и она отказывается бежать вместе со мной.

Просыпаюсь оттого, что кто-то трясёт меня за плечи:

– Ева, проснись, нам пора ехать!

Открываю глаза, в комнате ещё темно, только-только брезжит рассвет.

– Так рано?

– Нужно работать.

Я одеваюсь (конечно, не при нем, а в ванной комнате), мы быстро выходим. Уже в машине Ратмир у меня спрашивает:

– Кто такая Дарина?

– Я что-то сказала во сне? – спрашиваю тихо.

– Только это имя, – прищуривается и смотрит на меня внимательно.

Да. Рядом с этим человеком надо себя контролировать даже во сне.