Тем более, зимой, когда пригорок, на котором стоял частокол, был полит водой и завлекательно сверкал на солнышке, отполированный детскими задницами до сияющего блеска. Еще час назад ребятишки всех возрастов с хохотом катались с него, используя оборонительное сооружение не по назначению.

— Ты трус, да? — сделал неубедительную попытку Берич. — Выходи, потолкуем.

— Да не о чем мне с тобой толковать, — с усмешкой ответил ему Самослав. — Говори, чего хотел, или проваливай!

— Ты поговори мне, щенок! — налился кровью владыка соседнего рода. Другие владыки его поддержали.

 — Ишь, нахал какой! Говори, где соль взял!

— А то что? — удивленно спросил Само, незаметно кивнув стоявшему рядом плечистому парню по имени Стоян. Тот натянул аварский лук, легонько тренькнув пальцем по крученой из воловьих жил тетиве. Впрочем, это было лишним, он проверил ее уже не раз. Парень вытащил из колчана стрелу с четырехгранным наконечником, восторженно глядя на добрую работу. Одно удовольствие такой врага упокоить. Владыка своих запасов не пожалел, ведь толстый меховой плащ костяной стрелой можно и не пробить, хоть и стрелял Стоян отменно.

Он из всех лучников самым метким был.

— А то сами возьмем твою соль! — торжественно сказал до предела незамутненный сосед. Здесь длинные речевые обороты были не в чести, и Само даже не осознавал, насколько его многословие режет ухо другим словенам. Жизнь тут была простой, а потому и речь была краткой.

— Так ты враг нам? — непритворно удивился Само.

— Да, враг! — крикнул в запальчивости владыка. — Ты соль отдать не хочешь.

— Ты это сам сказал, все слышали! Стоян!

Хмурый неразговорчивый малый выглянул из-за тына, и оперенная стрела пробила грудь незадачливого полководца, благо тот стоял в двадцати шагах от стены и такой подлости не ожидал.

Толпа отхлынула назад, а по дереву частокола застучали суетливо брошенные дротики. Пара штук перелетела стену и воткнулась в снег."

"— Тут еще наши враги есть? — поинтересовался Само, поднеся ладони ко рту. — Или среди вас только один жадный дурак был?

В толпе налетчиков начались гвалт и ругань. Они пришли грабить привычную словенскую деревню, налетев неожиданно, как и привыкли это делать раньше. Намечавшееся веселье, которое должно было заключаться в дележе чужого имущества, изнасиловании их баб и поджоге домов, было сорвано.

Тут настоящая крепость стоит, со стен которой кто-то умелый хорошей стрелой владыку чуть не насквозь пробил. Что такое двадцать шагов для хорошего лука! Армия вторжения была в растерянности.

— Почему не стреляем, владыка? — негромко спросил Горан. — У нас три хороших лука и много стрел. Да пока они поймут, что к чему, десятка три положим.

— Зачем? — поморщился Само. — Да мы через день-другой с ними мед пить будем.