– Золотая медаль точно вам достанется, – приободрила меня Матрена, – интересно, какой приз дадут за первое место?

– Обои с рисунком из математических символов, – усмехнулся я.

Генри взял невесту под руку.

– Кому может понравиться такое покрытие для стен?

Я показал на большой стенд, установленный посередине круглой лужайки.

– Видите, что там написано? «Генеральный спонсор акции спасения русской математики фирма «Живи с уютом», производитель обоей на любой цвет и вкус».

– Там опечатка, – хихикнула Матрена, – не обоей, а обой!

– Нет, – возразил Генри, – слов «обоей» и «обой» нет.

Дюпре замер, я хотел подсказать ему: «Обоев», но не успел, дверь машины распахнулась.

– Ваня! Скорей, – занервничала Кока, – ты опоздал!

– Начало в полдень, – удивился я.

– Нет, через десять минут, – зашипела лучшая подруга маменьки, – давай сюда, левее, правее. Геннадий! Немедленно одевай Ивана Павловича! И пусть роль вызубрит.

– Роль? – насторожился я. – Мне сказали, только пройти надо.

– Женя, Катя, Лена! Кто-нибудь! – завопила Кока. – Сюда! Ужас какой-то! Платишь людям нереальные деньги, а народ куда-то прячется.

– Здесь я, – пропищала худенькая девушка в футболке с надписью «организатор», подбегая к нам.

– И кто вы? Женя, Катя или Лена? – напала на несчастную Кока.

– Таня, – представилось похожее на мышку создание.

– Отлично, – топнула ногой Кока, – перед вами Иван Павлович, займитесь им. Одеть! Отгладить! Объяснить. Выучить текст. Все. Действуйте. Да, уже бегу, несусь. Боже! Голова кругом!

Выкрикивая последние фразы в трубку, Кока унеслась, оставив после себя удушливое облако французского парфюма.

– Подушкин, Подушкин, – зачастила Татьяна, глядя в лист бумаги, – а вас нет!

– Посмотрите Кукушкин, – осенило меня.

– Здесь! – обрадовалась Таня. – Почему сначала сказали про Подушкина? Пошутили? Мне нравятся мужчины с чувством юмора. Не то что мой папа! Он жутко мрачный! Хотя чего я от него хочу, он совсем старый! Уже тридцать восемь лет, жуть как много. Он на моей маме сразу после окончания школы женился. Так вы Кукушкин или Подушкин?

– Являюсь представителем двух семей, поэтому стал Подушкин-Кукушкин, – соврал я."

"Услышав от болтливой девицы про ее древнего папу, еще не справившего сорокалетие, я ощутил себя дедом библейского Ноя.

– Вот ваш костюм, – заявила Таня, подводя меня к кронштейну, где висел черный кофр, – вы Санчик Пончик! Крутая роль!

Я сразу вспомнил чудесную детскую книгу Николая Носова «Приключение Незнайки» и удивился:

– Вы уверены? Мне сказали, что я «Идиот».

– Никто из наших вам такого заявить не мог, – испугалась Татьяна, – мы уважаем и гостей, и участников, и даже журналистов.

– Имел в виду, что я должен изобразить князя Мышкина, – уточнил я.

Девушка захихикала.