Добрых пять минут стороны оживленно торговались и наконец пришли к согласию:

– Двести тридцать тысяч рублей.

Затем прозвучало предложение обсудить детали, и запись была остановлена.

– Это фальшивка! – выкрикнул Хрящев.

Никита Говоров обернулся на голос и методично озвучил цифры и факты. Кто сделал запись, какой техникой и когда, дату и время.

Он также весомо добавил:

– Уважаемый суд, участники процесса. Хотел бы сделать важное пояснение. Поскольку прокуратурой проводилась плановая проверка деятельности медицинских косметологических клиник и салонов нашего города, в рамках которой был выявлен ряд нарушений и действий сомнительного характера, часть материалов была передана в подразделения органов внутренних дел, которые, получив соответствующие санкции и разрешения, произвели все оглашаемые здесь и сейчас действия. Мы на стороне Закона и строго следим за его неукоснительным соблюдением.

Я с гордостью посмотрела на свою давнюю симпатию Никиту Ясный Свет Говорова и мысленно представила его джедаем из «Звездных войн».

«Мы на стороне света! Да пребудет с нами сила!»

А мой Оби-ван Кеноби продолжал:

– Окончательное решение по данным фактам еще предстоит принять компетентным лицам, продолжающим проведение проверки. Но для правильного и законного разрешения этого судебного спора по письменному запросу представителей истца полученные результаты частично озвучены в нашем судебном заседании.

Прозвучало это весьма убедительно. Малиновый и потный, как из бани, Бегемот, не дослушав, крикнул в зал:

– Потапов, вы подлец! Вам это с рук не сойдет!

Он махнул рукой, будто швырнул невидимую перчатку, и зашагал к выходу, бросая гневные взгляды по сторонам и шаря по бедру, где по закону жанра должна была находиться шпага.

Хрящев немного отстал от коллеги, но после короткой паузы схватил свою папку и, прикрываясь ею, как щитом, поспешил за напарником.

– Стреляться, господа, стреляться сей же час! – картинно грассируя, выкрикнул какой-то шутник из журналистов.

Потапов стиснул зубы и закрыл глаза.

Я не стала останавливать этих дезертиров, но, чтобы угомонить ропот зала, мягко стукнула судейским молотком. Затем обратилась к Никите:

– У вас все?

– Нет, ваша честь! Помилуйте, как можно! Продолжим сей же час! – ответил он, смеясь одними глазами.

В зале, еще не отошедшем от недавних перипетий и оттого излишне возбужденном, шумно взоржали.

Я снова взмахом волшебного инструмента правосудия остановила гам и потребовала тишины и продолжения.

– Би-ип!

Следующая запись тоже представляет собой телефонный разговор.

– Здравствуйте, Владлен Сергеевич.

Этот сильный глубокий голос присутствующим в зале уже хорошо знаком. Телефонный собеседник Владлена Сергеевича – адвокат Максим Трубач.