– Род, который он основал, обернулся против него самого. Что ж, браво! Люцифер продолжал:

– Мы, то есть я и мой совет, приняли решение держать этот род в поле зрения. Я мог находиться на земле только один раз в сто лет, да и то очень короткое время. Предполагалось, что за это время я не успею причинить никакого вреда. – Губы Люцифера скривила горькая усмешка.

– И все же время от времени я мог проявлять заботу о Людях Льда, обращать их разум и помыслы на благие цели. И все с расчетом: для моего собственного блага и на благо всего мира.

Тува поежилась. Габриэл успел заметить движение Тувы краем глаза, в сумасшедшем темпе занося в тетрадь некие иероглифы.

«Тува! Не рушь мир моих героев, – грустно подумал он, бессильно и несчастно. – „Ведь я люблю их, восхищаюсь ими, и верю в них. Ну почему ты так подозрительна?“

8

Настала очередь Тувы. Габриэл мысленно пожелал ей успеха. «Сейчас что-то будет», – подумал он.

Однако все обошлось. При взгляде на Туву глаза Люцифера заискрились, он что-то тихо проговорил. Туве удалось ответить удачно, не вызывающе. Так, во всяком случае, казалось со стороны.

Габриэлю показалось, что эти двое хорошо изучили друг друга.

Но вот Люцифер заговорил:

– Ты, Тува, просто прекрасно справилась с заданием. А потом я прошу тебя работать на меня и дальше. Я же постараюсь сделать так, чтобы вы с Яном жили счастливо, не испытывая никаких затруднений.

«Ну и хитрец», – подумал Габриэл. А Тува ничего против такого будущего не имела.

Настала пора исполнения желаний в благодарность за свершенное; и тут Тува заколебалась. Ее единственное желание было несколько необычным:

– Высокочтимый Светлый Ангел, у меня только одно желание.

Люцифер удивленно взглянул на нее:

– Но Тува! Разве тебе это нужно?

Габриэл испугался; Тува терпеть не могла таких ответов и могла взорваться. Однако девушка отреагировала на удивление спокойно.

– Но, Господин, мне так хочется быть красивой, чтобы Яну было приятно смотреть на меня! Вы ведь не знаете как…

Падший ангел протестующе поднял руку:

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Но я-то думал совсем о другом. Ты давно смотрелась в зеркало?

– Я вообще не подхожу к зеркалам… Тут Тува задумалась.

– Конечно, смотрюсь. Иногда мне кажется, что кожа у меня стала… намного красивее. Но это, наверно, из-за ребенка, что я… Я похудела, фигура стала лучше… Так, во всяком случае говорит Ян. Смягчились черты лица. И волосы… Иногда мне кажется, что они стали золотистыми… И я думала, что все это происходит из-за моего состояния, из-за того, что я нашла свое счастье с Яном… Но ведь и Ханна выглядит здесь совсем по-другому. И Ульвар. И Хейке.

– Все верно, – уголками рта улыбнулся Люцифер.