— у нас будет фаршированная хрюшка на обед?

— Только если мы вспорем твое брюхо, человечья самка, и набьем его чем-то, что перебьет ужасный запах человечины, — гном смачно откусил яблоко и, достав новый пояс, спокойно поднял упавшие штаны и прикрыл срам.

— А вы заметили, что у гномов там так же обильно растительно, как и на лице? Даже и не видно, какого кто пола. Удивительно, как они ночью не путают брата с женой.

— Никто кроме тебя, дорогая, не смотрел, — поддел Шенси.

Иция только фыркнула.

Пока отряд предавался привычному делу — шутливому препирательству, Хаджар пытался отыскать Аэй.

— Вы, генерал, полны сюрпризов, — мастер отыскалась сама. Чем-то напоминая техники Эйнена, она вышла из тени, отбрасываемой ближайшим деревом. Все такая же вульгарная, но при этом статная и могучая. Удивительное сочетание качеств. — Не каждому дано так близко подобраться к порогу нашей обители.

Хаджар посмотрел на высившиеся на западе заснеженные горные вершины. Ему всегда было интересно, почему большинство сект выбирают своим пристанищем именно горы. Было в этом что-то поверхностно логичное, но в то же время — загадочное.

— А вы не из разговорчивых, да, генерал? — вновь, уже привычно, стрельнула взглядом мастер.

— О, вы себе не представляете, любезная, — Шенси оттеснил Хаджара плечом и встал напротив Аэй. — насколько он бывает разговорчив, но вот язык немного косноват. Если вы хотите приобщиться к настоящему искусству владения этой, несомненно, очень важной в теле любого мужчины мышцей, я могу…"

"— Оставьте ваши сальные шуточки для борделей, Абрахам, — отмахнулась Аэй, после чего молча развернулась и направилась в сторону горного хребта.

Шенси только развел руками и пошел следом. Вскоре за ними потянулись и остальные члены отряда. Иция все это время сверлила гневным взглядом спину контрабандиста.

Хаджар никак не мог взять в толк, какие именно отношения связывали Ицию и Абрахама. Иногда казалось, что они любовники, порой вели себя как муж с женой, временами — как брат и сестра, а изредка, как отец и дочь. Иными словами — демон ногу сломит.

— Не нравится мне это место, Хаджар-дан, — тихо проговорил Албадурт. Гном поежился и накинул на плечи шерстяной плащ из шкуры горного медведя. И это несмотря на то, что воздух оставался достаточно теплым.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил Хаджар. Уж в чем, а в вопросах, касавшихся камней и гор, не слушать мнения гнома было бы непростительной глупостью.

Гном заозирался по сторонам, словно ожидая в любой момент подвоха или угрозы. Он окинул подозрительным, недобрым взглядом фигуру Аэй. И что-то подсказывало Хаджару, что мастер прекрасно понимала, о чем ведут разговор двое адептов за её спиной.