В это время зрители на трибунах постепенно оживали, а градоначальник пытался вернуть иллюзию того, что он чем-то тут вообще управлял и как-то начальствовал. Получалось не ахти.

— Поняла, — наконец произнесла миледи и её глаза вернули себе прежний серый цвет.

Взмахнув полами пусть и не броских, но явно не простых роб, она повернулась к Хаджару и поклонилась ему ровно в той мере, в которой следовало по законам гостеприимства.

— Меня зовут Аэй, Шепот Моря, — представилась она по всем правилам. — Мастер моего мастера, великий защитник секты, приглашает вас, Хаджар Дархан, Ветер Северных Долин и ваших спутников проследовать за мной по тропе Сумерек и быть гостями в нашем доме.

Несмотря на то, что в голосе Аэй не прозвучало ни единой нотки надменности или недовольства, в её взгляде Хаджар прочитал все это и куда большее.

И что-то подсказывало ему, что старая лисица не так просто подчинилась чей-то воле и вряд ли та самая тропа Сумерек являлась обычной лестницей.

Что же — об этом он подумает позже.

Подав знак своим спутникам, Хаджар решил немного поддержать беседу. Отпустив свои техники и вернув покой своей душе, он спросил:

— И что заставило вас изменить свое мнение?

— Своемнение я не меняла, — с ударением на первое слово уже привычным, чуть насмешливым тоном, отрезала Аэй. — И я не знаю, почему глава секты решил пригласить вас на аудиенцию. В последний раз чужаки удостаивались такой чести, если мне не изменяет память, одиннадцать веков назад.

Хаджар мгновенно прикинул, что если Аэй знала о делах секты подобной давности, то ей самой никак не могло быть меньше лет, чем, хотя бы, вдвое больше сказанного срока.

Почти две с половиной тысячи лет жизни… безумное и неосознаваемое для разума смертного число. А для мира боевых искусств — самый расцвет сил.

— Молодец, парень, — хлопнул по плечу спустившийся с трибун Шенси. Старый плут козырнул мастеру шляпой и отвесил галантный придворный поклон. — О прекрасная мастер великой се…

— Оставьте свои речи для вашей дамы, Абрахам, — перебила Аэй. — меня больше привлекают молодые, — она сверкнула глазами в сторону мгновенно покрасневшего Густафа. — дарования."

"Иция наклонилась к Летею и буквально прошипела:

— Мне уже хочется высечь её по тому месту, которым она так усердно вертит.

Летея, смерив взглядом Аэй и припомнив атаку, которую та еще совсем недавно направила против генерала, только покачала головой.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— А я…

— А вам бы прислушаться к словам юной принцессы, — перебила Аэй, наглядно демонстрируя, что заклинание «Тихого Разговора», наложенное Артеусом на каждого члена отряда её нисколько не впечатлило.