Глава 21

Нападение и оборона

Расчёт на внезапность и «синдром победителя» себя оправдал: их никто не встретил!

Носорогопауки убрались обратно в подземелье, оставив открытыми взломанные двери в перегородках коридоров. Всех шмелей десантники уничтожили. Восставшие «птеродактили» куда-то запрятались (полетели докладывать господину о нашем появлении, как предположил Редошкин), и нежданные гости легко и быстро добрались до знакомого кольцевого коридора, взведённые как курки пистолетов, готовые в любой момент выпустить «пули» тел в режиме боя.

Пробитые «бластерами» перегородки внутри цитадели тоже никто не починил, поэтому в первый зал десантники проникли без единого шороха, словно привидения, несмотря на габариты и солидный вес захваченного оружия.

В зале никого не оказалось. Светилась лишь одна «кочка», да в углу по полу были разбросаны обломки «малого паука» с носорожьим носом.

Вернулись в кольцевой коридор, нашли радиальный и по нему проникли во второй зал, вдвое меньший первого.

Но и он был пуст, не считая полосы обломков «кочек» и манипуляторов «многоножки», воняющих сгоревшим пластиком. Единственная рабочая «кочка» разговаривала сама с собой с помощью огней и вертикальных световых лучиков.

Максим скользнул было мимо, направляясь к дальнему остроугольному концу зала, но Редошкин удержал его за локоть, прошептал на ухо:

– Есть идея!

Максим кивнул, что означало: слушаю.

– «Кочка»! – продолжил лейтенант. – Что, если сунуть руки в «мох», как это делали лётчики, нацепить колпак и пообщаться с местным компом? Неужели не поймём? Лётчики же смогли?

На размышления ушло две секунды.

– Тыл!

Редошкин встал спиной к «кочке», бдительно оглядывая зал.

Максим сел на сиденье, напоминавшее формой половник, приладил на голове яйцевидный шлем на «виноградной лозе», сунул руки в «мох» панели, не особенно переживая за сохранность конечностей. Они все уже приспособились к иновселенской, точнее – «демонской» технике и научились не бояться её реакции.

Темнота перед глазами расцвела перламутром лопающейся рыбьей икры, протаяла в глубину тёмного тоннеля, вспыхивающего звёздочками цветного сияния. Впечатление складывалось такое, будто он сидит в кресле оператора большого телескопа и смотрит в небо на звёзды сквозь плотную атмосферу планеты.

«Ну и что дальше?» – мысленно осведомился Максим."

"Руки, попавшие в мягко-колючее месиво «мха», свело судорогой, но он вытерпел электрический укол, ожидая ещё больше неприятных ощущений.

Одна из пульсирующих звёздочек развернулась цветком ромашки, заполняя всё «небо».