Я сложу с себя все полномочия и на последующих выборах мы, как и положено в нашей великой стране, выясним наиболее достойного поста лидера человека. Мистер Марс совершенно некомпетентен как руководитель такого ранга, но он патриот и я не верю ни на секунду, что он мог снюхаться с этими животными. У нас есть две критические отметки начала операции «Неувядающее величие свободы» - наши агенты в России сообщат нам идеальный момент для удара, когда силы противника максимально сосредоточены в местах нанесения ударов, а ПВО бездействует. И есть точка невозврата, когда мы начинаем в любом случае, не получив сигнала от агентов.

Далее мы немедленно вынужденно аннексируем Германию, восстанавливая операционные возможности своих баз и обеспечивая сухопутный плацдарм для наступления с запада. Но после первого удара по России сопротивление будет минимальным и нас скорее встретят как спасителей, большие потери не ожидаются, наши аналитики меня в этом заверили. Конечно потом организуем гуманитарную программу, культурный обмен и навсегда закроем вопрос варварского коммунизма. Новые поколения русских вырастут привитыми от этого вируса. Слишком надолго эта дрянь пережила нацизм.

Москва. Центр

Пётр Макаров в задумчивости стоял перед дверью своей квартиры с занесённым над кнопкой звонка пальцем. Он не представлял, что и как будет сейчас говорить. Как смотреть в глаза своей златовласой принцессе? Вся последующая жизнь казалась теперь изувеченной, разрушенной и пугающе туманной. Час назад под завалами нашли останки Ларисы… Чудо, что в этом месиве её вообще смогли опознать. Зачем, зачем она отправилась в эту чёртову башню?! Эта её никчёмная работа, которую он ей придумал лишь бы дома не сидела… Он же сказал ей, что там опасно, что враг уже у ворот.

Дура! Какое-то мелкое упрямство ставит подсечку планам, которые он вынашивал всю жизнь. Почему всё случилось именно в эту ночь?! Какого дьявола её вообще пустили внутрь? А эти звери – они вообще не разбирали, кого убивать. Ей ведь просто надо было зайти, скачать какие-то бесполезные пабки на флэшку и выйти. Упёртая, сорвалась ночью как в зад ужаленная. Теперь её даже не похоронить по-человечески! Он не понимал, почему этот страшный удар настиг его почти на самом пике могущества, это настоящее предательство – вот так вот бросить его и Алёнку одних в такие времена! Она должна была стать царицей, а стала набитым стальной чешуёй фаршем, перемешанным с гипсокартоном.

Дверь открылась и хохочущая кудрявая девчушка с розовым бантом бросилась на шею улыбающемуся отцу, любимому папочке, самому доброму и ласковому. Отбросив портфель, с порога принявшемуся щекотать и целовать свою маленькую принцессу под неодобрительное хмыкание благородной потомственной гувернантки.