Как профессор экономики, Марс не мог не отметить реакцию рынков, которые начали сыпаться один за другим ввиду накала обстановки и курса государств на изоляцию.

Он снова бросил взгляд на стену, которую целиком занимало объемное панно, изображающее страну, избравшую его своим лидером. Политическая карта США была причудливо рассечена синим поясом штатов, заявивших о поддержке действующему президенту: Вирджиния, Теннеси, Кентукки, Миссури, Арканзас, Оклахома, Нью-Мехико и Техас – оказались в окружении мятежных регионов, готовящихся к войне как с внешними, так и с внутренними врагами Соединённых Штатов Америки.

По границам, которые ранее существовали только на картах, теперь появились КПП и блок-посты. Американцы, которые за всю свою жизнь не видели подобного кризиса, были шокированы и стремились подготовиться к худшему – напористо штурмовали стремительно пустеющие магазины и бензоколонки. По всей стране царила нервозность и паника, на улицах городов колонны Национальной Гвардии стали обычным явлением.

Марс понимал, что без решения внешней проблемы с внутренними ему не совладать, оставалось только одно – начать прямые переговоры с обеими сторонами русского конфликта.

Надо найти решение до того, как на города полетят ракеты.

Президент ни от кого не прятался, хоть и пребывал под постоянной охраной морпехов и верных ему сотрудников Секретной Службы. Он занимал кабинет на третьем этаже главного административного здания на территории базы. Здесь он принимал дипломатов, министров и военных советников. Отсюда же пытался разговаривать с мятежным правительством, которое ожидаемо возглавил сенатор Колби.

Разговор всегда происходил по одному сценарию – обе стороны заявляли о недоверии друг к другу и требовании вернуть ситуацию в русло закона. Но этим утром звонок завершился по-новому, поставив жирную точку на всех надеждах на мирное урегулирование политического кризиса. Примерно через 2 минуты после начала разговора, ударный беспилотник нанёс ракетный удар по главной базе ВМС США.

СССР, Иркутская область, «Горный-3»

– Мда, не так я себе представлял мировую революцию, - посетовал генерал, изучая постоянно поступающие в штаб сводки и новости со всех уголков света, – мир трещит по швам, а до Москвы ещё далеко.

"

"Ситуация была очень скверная, ведь помимо основного фронта, неумолимо смещающегося в сторону столицы, вдоль всей протяжённой границы страны происходили крайне тревожные события. Пусть большой мир ещё не знал, но в Китае по коммунистической партии прошло сразу несколько трещин, вылившихся в кровавые стычки «гражданских активистов» с большим количеством жертв.