– Или же она может проникнуться к тебе неприязнью, – предположила герцогиня.

– Проникнуться ко мне неприязнью? С какой стати? – удивленно осведомился он.

– Кто знает? Но такие вещи случаются, хочу тебе заметить.

– Если ты имеешь в виду, что она может и не полюбить меня, что я вполне допускаю, хотя и не вижу причины, ежели только она не отдала свое сердце другому мужчине, почему бы ей не сделать этого… Или, во всяком случае, ощутить ко мне симпатию. Неужели ты полагаешь меня настолько лишенным такта и обхождения, что я не могу понравиться девушке, коль мне того захочется? Фу на тебя, мама!

– Нет, не полагаю, – ответила герцогиня. – Однако я не знала, что ты настолько ловок в обхождении, что способен вскружить голову сразу пяти девушкам из высшего света, которые теперь ждут не дождутся от тебя предложения руки и сердца.

Он, не удержавшись, заявил:

– Но, мама, ты же сама только что говорила, что я умею делать комплименты!

Ее светлость помимо воли улыбнулась, потому что не могла устоять перед его обаянием, но затем, покачав головой, сказала:

– Стыдись, Сильвестр! Или ты намерен превратиться в самодовольного хлыща?

Он рассмеялся.

– Нет конечно! Говоря откровенно, на самом деле не пять, а добрая дюжина девиц из высшего общества готовы принять мое предложение руки и сердца. Видишь ли, со мной очень легко найти общий язык, хотя и недостатков у меня ничуть не меньше, чем у любого другого мужчины. Просто с моими можно мириться, а под толстым слоем марципана они практически не заметны!"

"– Неужели тебе нужна супруга, которая выйдет за тебя замуж исключительно ради твоего состояния? – поинтересовалась герцогиня, выразительно приподняв брови.

– Не думаю, что буду особенно уж возражать, при условии, что мы поладим друг с другом. Кроме того, такая жена едва ли станет разыгрывать передо мной трагедию, а что-либо подобное неизбежно приведет к нашему расставанию в самом ближайшем будущем, мама. И мысль об этом не доставляет мне удовольствия!

– Трагедия необязательно является постоянным спутником брака по любви, – сухо заметила ее светлость.

– Кто может знать об этом лучше, чем я? – парировал Сильвестр, одарив герцогиню ослепительной улыбкой.