– Я уже начал терпение терять. – Кто ходит? Откуда? На чем приезжает? Что делает? Где делает? Зачем делает?

– Да откуда я знаю зачем? – Мужик явно только последний вопрос запомнил из списка. – То тут, то там ходят, к границе с Севером больше. – Ага, прогресс: уже не «ходите», а «ходят».

– Моторчик-то из наших, – вдруг сказал Дмитрий, стоя у лодки. – Мужик, тебе не стыдно? Мы вам моторы возим, а вы в нас стреляете почем зря. Непорядочно получается, не по-божески.

– Ты про божеское-то не рассуждай! – Мужик аж взвился. – Божеского у вас там отродясь не было.

– Ой, можно подумать… – протянул издевательски Дмитрий.

 – Духовность на марше. Ты скажи, на кой хрен ты в незнакомых людей стреляешь? Ходишь тут вокруг да около. Прямо говори. – Он вскинул винтовку и прицелился в лодочный мотор. – Мы его породили – мы его и убьем. И хрен вы что еще получите от нас, ни ружей вам не будет, ни моторов, и портки сами шить будете, из лешачьих шкур.

– Мотора не тронь!

– Чего это вдруг? – поразился Дмитрий такому заявлению. – Обоснуй как-нибудь, мне криков твоих недостаточно."

"– Дядь Симон, – вздохнул молодой, поняв, похоже, что разговор со старшим пошел совсем не в ту степь.

 – Дай я скажу, а? С прошлого лета тут люди ходят, бригадами целыми. – Это он уже ко мне повернулся. – Где-то в верховьях лодки спускают, идут по реке, затем к границе с Севером идут, а лодки обратно уходят. Одни проблемы от них. Мы стрельбу услыхали, на нее пошли, затем ваши лодки увидели. Хотели моторы выбить, значит.

– Так в нас зачем стрелять было?

– С перепугу больше, – вздохнул молодой. – И напугать.

– А что тем, что шляются, тут надо?

– Да кто их знает? Не говорят. В деревню приходили, выспрашивали, как лучше от реки на Север ходить, только мы на Север не ходим.

– Нечего на Севере делать крещеному человеку, – добавил второй. – Нечистое там все.

– Так никто и не спорит, что нечистое. – Я аккуратно спустил курок и убрал револьвер в нагрудную кобуру, демонстрируя переход к мирным переговорам. – Только тут везде так, нет разве? Вы на Север вообще сами не ходите, что ли?

– Не ходим, говорю же. – Мужик вроде тоже чуть успокаиваться начал. – Раньше ходили, давно уже.

– А строитесь из чего? Северная лиственница не нужна?

– От ты хватил.

А таскать ее как прикажешь? У нас тут одна дорога, Светлая вон, – показал он пальцем на реку. – А до нее? Так строимся, леса много.

– А защита?

– Бог хранит. – Тут у него лицо вроде как торжественным стало. – Не оставляет милостью.

– Это хорошо, нам бы так, – кивнул я. – Вот что скажи, а люди эти вообще откуда? Из Форта или другого места какого?

– Северорченские они, – ответил за старшего молодой. – Точно северореченские.

– Откуда знаешь?

– Они через Ключи раньше ездили, там нам сказали.