— У него просто изумительная способность, он образует втягивающую пространственную воронку… Активируется громким звоном, например, часовым…

Именно этот камень сегодня сиял в центре короны на голове моей пустышки! Вот только понял я это лишь сейчас.

Оттолкнув Алиссию, спрыгнул с помоста и двинулся в толпу. Мариус Вандерфилд невозмутимо наблюдал за моим приближением.

— Где Тина? — Я гневно уставился на отца.

Тот смахнул с рукава невидимую соринку и поднял на меня равнодушные глаза. И в этот момент я понял — отец знает. Я слишком часто видел такой взгляд у королевского советника и слишком рано понял, что он означает.

— Где она?!

— Я не знаю, о чем ты, Крамис. Но мне очень не нравится твой тон. Как и все, что я сегодня увидел. Мы поговорим об этом позже. О твоем поведении. Ты разочаровал меня.

— Где девушка? Не ври, что не знаешь! — Сегодня мне стало наплевать и на ожидания отца, и на его разочарование мною.

— Крамис! Что ты себе позволяешь? Ты перебрал яблочного сидра?

За моей спиной возникли силуэты, и я увидел Ривза, его отца и брата. А еще Аодхэна и ректора ВСА. Верховный дознаватель Тритории уставился на моего отца:

— Скажите правду, советник Вандерфилд. Я ощутил на помосте всплеск чар и несанкционированный разрыв пространства. Кто-то открыл запрещенный односторонний Туннель, что смертельно опасно.

— Это ВСА. — Голос отца прозвучал скучающе. Он почти зевал, рассматривая нас. — Здесь огромное количество заклинателей. Я повторюсь — не понимаю, почему вы пришли с этим вопросом ко мне.

— Потому что я видел вас в кабинете ректора. Там, где лежали эти проклятые короны! — Ривз яростно сдернул свою с головы и швырнул на пол. Хрусталь звякнул, разбиваясь.

— Да, вероятнее всего, чары наложили на украшение. Необходим прямой контакт с человеком, — подтвердил его брат. — Очень опасное вмешательство. Такое под силу лишь опытным заклинателям. И это сделали вы, советник!

Мариус Вандерфилд с интересом осмотрел дознавателя и вдруг усмехнулся:

— На вашем месте я бы поостерегся бросаться столь грозными обвинениями, уважаемый Александр Клиффорд. Вы достигли больших высот, но и падать с них будет очень болезненно.

— Не понимаю, о чем вы, — поджал губы мужчина.

Его отец-советник молчал, но в глубине синих глаз я уловил беспокойство. Ривз и вовсе смотрел с недоумением.

— О той истории, которую ваш отец скрыл пятнадцать лет назад, — негромко произнес Мариус.

Аодхэн одним движением достал из кармана жилета круглые часы на серебряной цепочке, открыл крышку, запуская механизм. И вокруг нас образовалась зона безмолвия. Пока тикают часы, артефакт полностью скроет наш разговор от всех случайных свидетелей.

Тишина упала так внезапно, что стало слышно шумное дыхание Ривза. И мое.