Ну и присмотреть, все-таки случай слишком необычный, и пока непонятно, чего от меня ожидать… Что будет со мной дальше, тоже неизвестно. И чтобы не навредить себе, все знания о копье судьбы лучше сохранить в тайне.

«Будем наблюдать, — сказал Аодхэн. — Держите при себе чаронометр, Тина!» Прозвучало это как-то угрожающе, но измеритель я послушно засунула в карман жакета.

Устав от раздрая в голове и чувствах, я положила голову на подушку. Уже ночь, а Эш так и не пришел. Где он? Отправился ли к родителям? Или к друзьям, проживающим за пределами академии? Что делает, о чем думает?

Или снова стоит на мосту, где все началось?

Что я скажу Эшу, когда он вернется? А поговорить надо, вот только слова в голове путаются…

…Проснулась я от ощущения взгляда. Оно было таким явным, словно кто-то коснулся щеки, мягко провел пальцем от виска до шеи. Я вздохнула и пробудилась. Осмотрелась, протерла глаза. Надо же, умудрилась отключиться на диване в комнате Вандерфилда! Хорошо, что он не видел…

И ойкнула, увидев сидящего в кресле хозяина комнат.

Лицо Эша скрывала тень, но я все еще чувствовала его взгляд. Правая рука в перчатке сжимала золотистый шейный платок, накручивая на пальцы левой. Я тронула свой ворот и сглотнула. Это был мой платок…

— Я случайно уснула, — пробормотала я, плохо понимая, как вести себя. Хотелось сказать, объяснить, но нужны ли ему мои слова?

— Не приходи больше, — тихо ответил парень. — Ключ положи на стол.

Я медленно кивнула, пытаясь не показать горечи:

— А как же уборка?

— Я останусь твоим нанимателем, но найду другую помощницу. Не переживай, деньги получишь.

Я медленно встала. Деньги? Разве я могу их взять при таких условиях? Получать сины, а убирать будет кто-то другой? Ну уж нет. Мне чужого не надо. И так уже…

— Эш, я хотела сказать… Мне жаль. Правда.

— Жаль?

Он тихо рассмеялся, и я прикусила изнутри щеку. Да, звучит глупо. Я забрала у тебя самое ценное, но мне жаль… Хотела увидеть его глаза, но Эш не пошевелился, так и сидел во тьме. Только я знала, что смотрит. Остро, жадно. И внезапно стало жарко. И страшно. О чем он думает, глядя на меня из темноты?

— Я пойду… извини… что уснула здесь.

Ощущая нарастающую панику, двинулась к двери. И вздрогнула, когда фигура Эша возникла рядом и он впечатал в стену ладони, заключая меня в капкан рук. Склонился, и я наконец увидела в сумраке его лицо. Острые скулы, жесткая линия рта и совсем темные глаза… Дышать мне стало нечем.

— Удивительно, — глухо произнес он. — Раньше я думал, что прикосновение к тебе недостойно. Теперь знаю, что оно способно сделать из меня пустое место. Так почему мне все равно хочется к тебе прикасаться?

— Я не знаю…

— Я хочу тебя трогать. Хочу повторить на кровати. А потом на полу. Или на столе.