А что до времени, так оно у вас имеется. Все одно раньше Рождества ему никуда ехать не надо.

– Вот и славно, – улыбнулась хозяйка. – Я согласна.

«Хотелось бы еще понимать, на что именно», – проворчал про себя Егор, внимательно слушая их разговор."

"– Я тебе, друг мой, кое-что объясню, – повернулся к нему Игнат Иванович, словно прочтя мысли парня. – В службе нашей дела частенько бывают особо тайные и каверзные, и потому я должен быть уверен, что враги государства нашего не смогут к тебе подобраться через женщину особого склада. Есть у них такие, что специально с человеком роман заводят, а после, через тот адюльтер, выведывают у него всяческие тайны.

– Медовая ловушка, – понимающе хмыкнул Егор прежде, чем сам сообразил, что несет.

– Весьма точное определение, молодой человек. Но позвольте спросить, откуда такие познания? – оживилась хозяйка, с интересом разглядывая его.

– Это британское выражение. Однажды наткнулся в одной книге, – разом выкрутился Егор, бросив на дядю вопросительный взгляд.

– Странно, я никогда такого не слышал, – проворчал Игнат Иванович, при этом чуть кивнув ему.

 – Впрочем, это теперь не важно. Главное, ты понимаешь, о чем идет речь и чему тебя может научить Екатерина Павловна. Уж поверь, лучшего мастера в подобных делах нам не найти.

– Сомнительный комплимент, – лукаво фыркнула хозяйка дома.

– Отнюдь, сударыня, – не принял дядюшка шутки. – Одно дело, просто блуду предаваться, ради мимолетного удовольствия, и совсем другое, сделать все так, чтобы мужчина в ваших руках размяк, превратившись в глину. Уж тут вам и вправду равных не имеется. Во всяком случае, я таких не знаю.

Их беседу прервало появление горничной, которая принялась накрывать на стол.

Хозяйка тут же сменила тему, задавая дядюшке малозначительные вопросы и поминая каких-то их общих знакомых. Егор же, на время предоставленный самому себе, принялся внимательно ее рассматривать. На первый взгляд, ей можно было бы дать лет двадцать пять – двадцать семь. Но присмотревшись, становилось понятно, что она несколько старше. Насколько, парень и под пушечным стволом бы не угадал. Никогда не был силен в угадывании женского возраста.

К тому же все его общение с противоположным полом сводилось к покупке сеанса продажной любви.

А в институте все разговоры с ним обычно заканчивались просьбой дать списать конспект или помочь перевести какой-то особо каверзный текст. А самое главное, он откровенно боялся заводить хоть какие-то отношения с девушками. Понимал, что пригласить любую из них в свой дом не сможет, потому что ее там не примут, а нарываться на очередной скандал не хотелось от слова совсем. К тому же за душой у него не было ничего, кроме самого себя.