От такой простоты и прямолинейности у него волосы на голове шевелились. Ведь, по сути, помощник посла спокойно заказывал человека, даже не пытаясь особо скрываться от жандармов или полиции. А самое главное, он даже не побоялся потребовать привезти к нему на дом самую прямую улику убийства.

– Похоже, эти твари вообще ничего не боятся, – угрюмо проворчал Егор, вернувшись в кабинет.

– Так тут нам же легче, – тихо рассмеялся Архипыч. – Только ящик подходящий добыть надобно.

– Завтра с утра вели лошадей запрячь. В город с тобой поедем, – кивнув, принялся распоряжаться парень. – Купим и ящик подходящий и перчатки нам с тобой подберем, – пояснил он, с сомнением покосившись на широкие, словно лопата, ладони казака.

– Еще кожи толстой купить надобно будет. Поршни пошить, – быстро добавил Архипыч.

– И главное. Нам с тобой ножи сменить надо, – вспомнил Егор, хлопнув себя ладонью по лбу. – У наших клинки больно приметны. Полиция с ранами сравнит, и все. Пойдем по тракту кандалами греметь.

– Найду я нам ножи подходящие, – чуть подумав, решительно кивнул казак. – После их и выкинуть не жалко будет.

– Главное, чтобы те клинки, в кость попав, гнуться не стали и заточку держали толково, – напомнил парень.

– За то покоен будь, барич, – одобрительно усмехнулся Архипыч. – Есть у меня умелец, спроворит.

– Не проболтается? – насторожился Егор.

– А он и вовсе говорить не может. С рождения нем. Зато кузнец добрый. Я ему малость денег дам, постарается.

– В какой из наших деревень живет? – не унимался Егор.

– Не, в городе. В кузнечных рядах обитает, в артельной слободе. Бобылем живет. Коваль добрый, а едва с хлеба на воду перебивается. Не любят люди, когда даже добрый мастер слова сказать не может. Опаску имеют. А от него всего вреда, что мастер добрый, да с самого детства слова сказать не может. Болел вроде, точно, сам понимаешь, не узнать.

– Так может, ему в имении место выделить? – озадачился парень. – Станет коней крестьянам ковать, а они хлебом да всем остальным платить станут. Заодно, может, и для нас с тобой задумки какие скует.

– За то тебе самому с ним баять надобно, – задумчиво протянул Архипыч.

– Он только говорить не может? Слышит нормально? – задумчиво уточнил Егор.

– Слышит он похлеще, чем тот заяц, – отмахнулся казак. – А вот с речью вовсе беда. Только мычит чегось да руками машет.

– Вот завтра и поговорим, – решительно кивнул парень, про себя подумав, что толковый мастер ему и самому пригодиться может.

Как ни крути, а белое оружие отойдет еще не скоро, так что толковый клинок в нужный момент запросто может и жизнь спасти. Брать его в крепость или еще как-то холопить, как тут выражались, Егор не собирался.