Может, и тебе вот так, без формул, попробовать?"

"– Смерть Гриши разоряет Ольгу Петровну Немировскую, буквально делает ее нищей, – сказал Пушкин. – Отец Немировского так разделил наследство между тремя братьями, чтобы богатство не уходило из семьи.

– Кому достанется?

– Среднему брату, Виктору Немировскому.

– Ну, вот и вся разгадка. – Лелюхин с некоторым облегчением допил ликер. – Я же говорю: проще некуда. Братец позарился.

– Виктору досталась кредитная контора, забирать Гришины ломбард и дом незачем.

– Тогда жена его надоумила, женщинам вечно денег мало, сколько ни дай – все потратят.

Давно известно!

– Братья Немировские женаты на родных сестрах.

Разумные аргументы у Василия Яковлевича закончились. А неразумных не стоило и касаться. Оставалось только развести руками. Что он и сделал.

– Рад бы, да помочь нечем. Придется тебе самому выбираться.

– Можете помочь: найдите старого пристава Городского участка, может, вспомнит, что случилось в «Славянском базаре» двадцать лет назад.

– Попробую, вдруг жив еще старик. А твой смокинг сегодня забрали.

– Он не мой, – коротко ответил Пушкин.

– Да? – Лелюхин пребывал в сомнении, не решаясь задать нескромный вопрос.

 – Такая дама роскошная за ним приехала, брильянты в ушах, как сливы. Наши с нее глаз не спускали. Кокетничала. Кто такая распрекрасная?

– Не имею понятия.

По ответу Василий Яковлевич понял, что эту тему лучше не продолжать.

– Мой тебе совет: оставь это дело как есть, – сказал он. – Эфенбах будет доволен. Нам еще Королеву брильянтов ловить. Может, Агату эту под нее подведем?

– Я ее отпустил.

Лелюхин не поверил услышанному.

– Как отпустил?

– Как агента сыскной полиции.

Она так больше пригодится.

Пушкин открыл ящик стола и достал револьвер. Отщелкнул барабан, проверяя патроны. За его приготовлениями Лелюхин следил с некоторой тревогой.

– Ты на какие подвиги собрался на ночь глядя?

Сунув оружие за пояс, Пушкин спрятал в карман блокнот.

– Вдруг повезет встретить призрака, – ответил он.

– Лёшенька, и тебе не лень?!

– Лень, конечно. Но нерешенные задачи – хуже занозы.

21Ключи от номеров двенадцатого и пятого были на месте. Сандалов безропотно выдал ключ от четвертого и только спросил: чем может быть полезен? Пушкин строго-настрого приказал, чтобы ни одна живая душа не знала, что в номере кто-то будет.

Чтоб не знали и половой, и коридорный. Никаких приготовлений, все должно оставаться как обычно. Сандалов клятвенно обещал исполнить в точности.

Пушкин поднялся на второй этаж. Коридор был пуст. Он подошел к двенадцатому номеру и прислушался. За дверью была тишина. Тишина была и в номере пятом. На всякий случай он постучал. Ему не ответили. Так и подмывало аккуратно вскрыть замок, чтобы осмотреть номера.