– А чего не допросить? Допроси, конечно, только будь с ней поласковей, вишь, какая милашка, – и с этим наставлением Преферанский с некоторой натугой поднялся с табуретки. – Тебе ключ оставить или как?

– Оставьте…

Пушкин выждал, пока надзиратель неторопливо удалится, и уселся на его место.

– «Лёшенька», – нежно проговорила баронесса. – Как это мило. Жаль, что переоделись в цивильное. Смокинг вам идет."

"– Извольте сменить тему, – строго сказал Пушкин, чтобы случайно не показать слабость. – Я пришел обсудить условия сделки.

Баронесса дернула прут старой ковки, который держался давно и прочно.

– Немного мешает решетка. Не находите?

– Мне не мешает.

В ответ баронесса проявила смирение:

– Вы тут хозяин. Я всего лишь гостья.

– На правах хозяина хочу знать: для чего вам это надо? – сказал Пушкин, закинув ногу на ногу и устроив на колене кольцо с ключом. – Фантазии про воровскую честь оставьте. В чем истинная причина? Нужна правда.

– Правда проста, – ответила она сразу, как будто подготовила ответ. – У каждого свой талант. Я умею управлять мужчинами, заставлять их делать то, что я хочу. Тем и зарабатываю на жизнь. Кто-то грубо убил, вероятно, моего клиента и забрал все, что должно было стать моим. На моей территории. Такие вещи нельзя прощать.

– Ради этого готовы сотрудничать с полицией?

Баронесса фыркнула.

– Вот еще! Я драгоценности получить хочу. А не того, кто их взял. Ну не убивать же мне его. А вы им займетесь.

– Мир воровской вас не пугает?

Она улыбнулась:

– Разве я похожа на ту, кто не может за себя постоять?

Даже за решеткой дама совсем не казалась беспомощной. Скорее наоборот.

– Сколько вам потребуется дней?

– От силы два, разделаюсь и уеду из Москвы, чтобы встречать Рождество. И больше не вернусь, обещаю!

– Куда отправитесь?

Ему погрозили пальчиком.

– К нашей сделке это не имеет отношения. Достаточно, что меня вы больше не увидите. Так что же?

Не вставая с места, Пушкин воткнул ключ в замок и дважды повернул. Дверцу баронесса открыла сама, вышла, величаво потягиваясь.

– Как хорошо на свободе, – сказала она, разминая плечи. – Быть в клетке – это так утомительно. Сделка заключена?

Пушкин не пожал протянутую ручку.

– Что вам нужно знать об убитом? – спросил он.

– Пока самые общие сведения.

– Некий Немировский Григорий Филиппович, из купцов, двадцати шести лет, владелец ломбарда, женат, детей нет. Домашнее прозвище Гри-Гри. Убит вчера около десяти вечера. Место убийства: «Славянский базар», второй этаж, номер четыре.

– Как его убили?

– На этот счет точные сведения будут несколько позже.

– Нож или револьвер? – деловито спросила она.

– Считайте, что его отравили.

– Это все, что можете сообщить?

– Некоторые мелочи для вас несущественны.