Герцогиня щелкнула пальчиками, и служанки поднесли ящичек с духами.

— От него? — заговорщицки подмигнула королева и замерла.

Комната утонула в аромате тропических цветов. Королева в первую очередь женщина. Она долго наслаждалась новыми запахами, порой неохотно отставляя в сторону некоторые флакончики. Приход маркиза Франциско Кордова и герцога Хуана Грихальва заметили только служанки, которые честно простояли две минуты, после чего бросились зачехлять картину. Однако двух минут для сановников было вполне достаточно, они поняли и смысл картины, и откуда взялись неведомые ароматы.

— Я бы им дала герцогский титул только за эти духи. — Королева подставила щеку для прощального поцелуя.

Невиданная благосклонность! Вскоре новость о «Золотом каньоне» достигла дворцов Стамбула и Москвы. Идущие в Америку корабли были переполнены искателями халявного богатства.

Вова со своим отрядом уже вторую неделю сидел на берегу залива Ла-Плата, что по-испански значит «серебряный». Не зная этого, он дал заливу аналогичное название, только по-русски. Серебра в невысоких холмах — лопатой греби. Инспекция своего царства-государства полностью отшибла интерес с благородным металлам. Он даже не подозревал, что злата-серебра может быть так много. Главная цель экспедиции заключалась в осмотре месторождений селитры. Нужного братьям сырья оказалось огромное количество. И это без каких-либо изысканий или пробных шурфов. Алхимики выбрали смесь 10 % на 10 % и на 80 % угля, которая дала потрясающий результат. С таким порохом можно воевать, а бомбы заправить — мало не будет. Завод для изготовления гранулированного пороха поставили у водопадов, поближе к залежам антрацита.

Возвращение в столицу поразило торжеством встречи с танцами, барабанным боем и игрой на дудках. Вова улыбался, приветливо махал руками, а в душе матерился и был готов побить своих учителей. Когда остались наедине, то начал без обиняков:

— И к чему весь этот цирк с барабанами и танцами?"

"— Ты у нас стал народным героем, о тебе уже сложили настоящую легенду, — усмехнулся Амвросий.

— Оно мне надо? Вы бы еще пустили впереди ламу с синей мигалкой!

— Ты чем-то недоволен? — удивился Никодим.

— Зачем устроили эту клоунаду со встречей «любимого правителя»?

— Вот дурень! — хлопнул себя по бедрам Никодим. — Мы здесь ни при чем. Твои подданные сами выразили тебе уважение и почет.

— Ага, сами. С чего это вдруг они меня резко полюбили?

— Олух, оглянись по сторонам!

— Чего оглядываться. Привезли из Картахены мебель да ковры с картинами.

— Да ты слеп! Ничего не видишь за своей гордыней! — воскликнул Никодим.

— Это я выставляю гордыню? Как раз наоборот, я против всех этих «всенародных» торжеств.