— Сам понимаешь свою немощь, что хорошо, — добавил Никодим, — а жизнь свою бесцельную должен исправить.

— Так сразу и бесцельную, мы вон Тевтонский орден на Крым поведем.

— Ой дурни! Да Псов с места сдернуть Римского папы мало!

— Золотом сманим, золото покрепче… — Вова хотел сказать «любой молитвы», да сдержался, опасаясь вновь получить посохом по спине.

— Уведете тевтонцев в Дикое поле, а дальше что? Ни Новгороду, ни Москве от того проку нет.

— Мы же Крым возьмем!

— Возьмете, а калмыки с аланами останутся в Диком поле.

— Вы же сами обещали золотом напугать, — растерялся Вова.

— Твоего золота много в куче, а начнешь раздавать, так и кончится за год.

— О чем вы так долго говорили с инками? — Вова решил увильнуть от неприятной для себя темы и показал Саше кулак, призывая того к поддержке.

— Не торопись, Великий инка, — снова вмешался Амвросий. — Что за крепость заложили на севере?

— А, там организовали учебный лагерь для воинов и завезли крестьян для прокорма.

— Завозят навоз, а прокармливают свиней, вымахали двухметровые лбы, а говорить толком не научились.

— С вами только поговори, чуть что, и палкой по спине.

— Тебя бьют не за слова, а за дурь крамольную. С крепостью не темнишь?

— Что мне темнить? Спрашивайте прямо, прямо и отвечу.

— Место вы нашли благодатное, пшеница выросла выше головы, сады с первого года обещают плоды, рыбы много.

— Мы это место давно приметили, а как нужда заставила, так и поселили там людей.

— Умеете думать, когда захотите. Хвалю. На тех землях пшеница дает урожай дважды в год.

— Там дальше есть золото, серебро, медь и свинец, — похвастался Вова.

— С этим понятно. Мы с вождями инков уклад составляем, законы выспрашиваем да свои предлагаем.

— Нет. Прошлый раз вы говорили о «Соборном уложении», а сейчас интересуетесь чужими законами.

— Вы как кузнечики по цветочкам скачете. Там разрозненные племена, а здесь многовековое царство.

— И в чем разница? Чьи законы признаны гуманными?

— Здесь только два вида наказания: палки и смертная казнь.

— Ни фига себе! Первый раз побьют палками, а второй раз — сразу плаха. А почему они согласились признать меня царем?

— Тебя никто не признавал царем, ты избран вождями.

— Но почему? Я еще могу понять подобный шаг, будь за моей спиной огромная армия, а мы пришли с миром.

— Слабы вы разумом, оба. Думаешь, они не видят вашего непонимания жизни инков?

— Если так, то получается бессмыслица.

— Ну-ка, ну-ка, расскажи свое видение складывающейся ситуации, — подзадорил Амвросий.

— Тут и говорить нечего, я ихненской жизни не знаю и знать не хочу. Наш интерес — в золоте и серебре, ну и испанцев не допустить.

— Вожди это хорошо знают и выбирают тебя своим царем.