Спящего посещали необычайно яркие видения. Это приносило эйфорию и пусть кратковременное, но счастье. Но главное, никакого вреда здоровью и привыкания. Это не наркотик, а просто хорошее снотворное с маленьким побочным эффектом. Так что из двух зол — это было гораздо меньшим и лучшим. Хотя для меня все, что связано с наркотиками воспринималось резко негативно. Жизнь и без этой дряни слишком коротка, и нужно уметь ценить каждый ее момент.

Я с любопытством и страхом ждала прибытия на планету Вагула.

Волновалась и каждый раз, засыпая, представляла, как она выглядит. Описание-то у меня было, но читать сухие данные это одно, а видеть воочию — совсем другое. Мне, выросшей там, где даже трава не росла, там, где за каждый комнатный цветок приходилось платить очень дорого, где кислород получали из химических реакций в специальных реакторах, представить себе зеленую планету с океанами, реками, лесами и травой было очень сложно. Единственная планета, где я была, помимо Цереры, это Марс. А растительности там не было. Только теплицы, где зеленые кустики ютились в металлических ящиках.

Конечно, Вагула не была озелененной планетой. Но все же увидеть ее воочию очень хотелось. Там же огромные густонаселенные города с торговыми кварталами. Небоскребы. Подвесные мосты между зданиями. Да просто прогуляться там, уже так волнительно. Мне даже страшно было, что в последний момент Кирроси передумает и не возьмет меня, и я останусь здесь висеть на орбите.

В день прилета у меня все валилось с рук в буквальном смысле. Я как ребенок не могла сидеть на месте. Время текло непростительно медленно. Не выдержав и совсем позабыв о завтраке, я убежала на смотровую площадку. Сейчас, когда корабль замедлял ход и готовился войти в швартовочное кольцо в стратосфере Вагула, можно было рассмотреть саму планету с высоты.

Поднявшись по узкой лестнице на самый верхний ярус, я подошла к огромному иллюминатору высотой с мой рост. Не удержавшись, прижалась лбом к стеклу и забыла, как дышать. Это было прекрасно. Мы медленно приближались к орбитальному порту, а под нами раскинулась темная поверхность планеты. Она была исчерчена световыми полосами магистралей, которые, словно сеть вен и капилляров, обвивали все вокруг и соединялись в мелкие или огромные пятна яркого непередаваемого света.

Города. Так могли быть освещены только они. Там подо мной кипела жизнь. Настоящая. Там огромные здания и…"

"Мне было стыдно, но я даже представить не могла, что еще там так ярко горит в этих пятнах света. Непроизвольно я гладила стекло. Мое сердце замирало, и я жалела только о том, что не смогла заснять это для сестер. Планшета с собой не было, а оторваться сейчас от стекла я просто не могла.

— Красиво, — голос за моей спиной прозвучал неожиданно.