Ничто не тратится быстрее, чем чужие деньги. Богатые детишки выкидывают купюры на ветер, играя в игру «кто кого переплюнет», пользуясь преимуществами папиной кредитки.

Выходные на набережной как Марди Гра. Сегодня последняя пятница перед началом осеннего семестра в Гарнете, что означает три дня буйства прямо до утра понедельника: бары разрываются по швам. Мы практически печатаем деньги. Не то чтобы я планировал заниматься этим вечно. Я подрабатываю здесь по выходным, чтобы накопить[7] немного денег, перестать работать на других людей и начать быть самим собой. Как только денег станет достаточно, моя задница покинет этот бар навсегда.

– Будь осторожна, – предупреждаю я Стеф, когда она ставит напитки на свой поднос. – Кричи, если понадобится схватиться за биту.

Это будет не первый раз, когда мне приходится избивать кого-то за то, что они не принимают «нет» за ответ.

В такие ночи совсем другая энергетика. Влажность настолько густая, что можно намазать соленый воздух, как крем для загара. Прижимающиеся к друг другу тела, отсутствие запретов и текила – опасный коктейль, полный плохих намерений. К счастью, Стеф – крутая девчонка.

– Я справлюсь.

Она подмигивает мне, забирает напитки и с улыбкой на лице быстро разворачивается, покачивая длинным черным хвостиком. Я не знаю, как она терпит, когда эти чуваки трогают ее. Не поймите меня неправильно, я получаю свою долю женского внимания. Некоторые становятся довольно смелыми, слишком дружелюбными. Но с девушками иначе – ты бросаешь им ухмылку или шутку, они хихикают и оставляют тебя в покое. Но не эти парни. Придурки из команды и ублюдки из братства. Стеф постоянно хватают и лапают, шепчут в ухо всякие пошлости. К ее чести, она почти никогда не бьет их.

Таковы наши трудовые будни: приспосабливаться к сезонным паразитам, к этому агрессивному виду, который использует нас, местных жителей, высасывает все соки и оставляет после себя мусор. И все же этот город едва ли существовал бы без них.

– Эй! Налей-ка мне шоты! – снова выкрикивает клон.

Я киваю, как будто говоря «уже бегу», хотя на самом деле имею в виду «я нарочно игнорирую тебя». Мое внимание привлекает свист на противоположной стороне барной стойки."

"Сначала обслуживают местных. Без исключения. За ними следуют постоянные клиенты, которые хорошо дают на чай, затем вежливые люди, горячие красотки, милые крошечные старушки, а уже после все эти пресыщенные болваны. Я отправляю стакан, наполненный бурбоном, в конец барной стойки, где стоит Хайди, а после наливаю и себе. Мы опрокидываем по порции, и я наливаю ей еще.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, потому что ни один уважающий себя местный не придет сегодня на набережную.