Я не возвращаюсь насовсем, но после четырёх месяцев в культурной столице бегу обратно. Разбитая физически и душевно, дотронувшаяся до мечты и едва не упавшая вниз. Может, это знак, что это не моё?.. Всё это не моё и я пыталась занять чужое место?

Поверила в удачу, открылась чувствам. Самое главное, поверила тому, про которого знала, что верить нельзя.

И пусть многое непонятно и странно, пусть сердце рвётся обратно, урок я усвоила…

* * *Родной город встречает колючим снегом и пустой платформой. Из вагона выхожу в одиночестве. Недалеко от меня выгружают вещи несколько семей с детьми. Я их знаю, но не спешу здороваться, помня, как выгляжу.

Нащупав в кармане ключи, которые сама переложила из сумки, бреду в сторону автобуса. До тёти можно дойти пешком, а вот до квартиры, где мы жили с родителями, надо проехать через весь город.

Я не была там со дня аварии и сейчас волнуюсь. Тётю предупредила заранее, что остановлюсь в родных стенах, а не у неё. К ней я должна приехать к вечеру, чтобы поздравить и встретить праздник вместе, но в данный момент мне и этого не хочется. Допускаю, что закроюсь в квартире и встречу новый год наедине со своими мыслями. А, может быть, оденусь потеплее и пойду гулять по городу.

В автобусе также пусто, как на вокзале. Присев у окна, жадно рассматриваю улицы. Замечаю новые вывески, новые магазины и, как ребенок, радуюсь, когда проезжаем мимо школы, в которую я ходила. Как всегда, чистый двор и наряженная детскими поделками огромная ель. Смаргиваю слёзы, набежавшие от трогательности момента.

Через остановку мне выходить. Заранее встаю у дверей и выскакиваю в сугроб. Снегу намело столько, что проваливаюсь почти до колен. Это нормально. Для моего родного городка — нормально и привычно.

Пробираюсь к дому, загребая снег свободной рукой. Пусть пальцы окоченели, но это всё… Оно своё, не чужое. Можно трогать, можно лизнуть, можно упасть, как раньше, и ловить ртом падающие снежинки.

Я не падаю, но снег слизываю и впервые за последние дни ловлю себя на том, что искренне улыбаюсь.

Захожу в ларёк, который, сколько себя помню, стоит на углу. Покупаю воду, чай и пачку макарон. Я не ужинала и не завтракала и желудок даёт о себе знать. Незнакомая продавщица невозмутимо пробивает незамысловатый набор, не обращая внимания, как я выгляжу. Маска и капюшон спасают, но в автобусе редкие пассажиры всё же бросали косые взгляды.

Расплатившись, вешаю пакет на локоть и медленно-медленно иду к подъезду. Оттягиваю момент.

Но топтаться на пороге тоже не стоит. В который раз вздыхаю и, пока не передумала, поднимаюсь домой.

Квартира встречает полумраком и беспорядком. Вещи раскиданы, где попало, пыль клубится по всем углам.