Моя девчонка переменчива и вспыльчива, как фейерверк, и я могу только догадываться, по какой причине она молчит.

Я так и говорю отцу, что страшно соскучился по своей Таньке, когда он спрашивает меня после теплого прощания с Боссом и его женой, еду ли я домой? Предупреждаю отца, что нет, и что нескоро появлюсь в семейном «Орлином гнезде» с ночевкой, потому что у меня намечается личная жизнь. Где бы ни была Коломбина и что бы себе ни надумала, я до душевной ломоты скучаю по ней и больше не дам убежать. Надеюсь, она открыла конверт и поняла, насколько я серьезно настроен.

В памяти телефона висит пять непрочитанных сообщений от Стаса: «Перезвони мне». Забравшись в машину, я тут же набираю номер друга.

– Привет, Стас, что случилось?

– Вардан звонил.

– Что хотел?

– Поговорить с тобой и, вроде как, встретиться.

Странно, я удивляюсь. С каких это пор Вардан ищет встречи? Глеб сам Боссу пообещал решить вопросы со своими ребятами после стычки с Люком. Какого же черта ему надо? До сих пор мы старались не перебегать друг другу дорогу, но вопрос все равно когда-нибудь встанет ребром. Почему не сейчас? Это даже интересно.

– Насчет чего, не сказал?

– Да херня какая-то, Рыжий! Сам не пойму! – срывается Стас. – Говорит, что ему не нравится, когда к нему лезет всякая шушера с просьбой достать тебя. Что если это твоих рук дело, вам не мешает поговорить с глазу на глаз – после разборки за «Бансай» нового конфликта он не хочет, но и дураком себя выставить не даст. Он думал, Глеб утряс дело с Боссом, а если нет, просил напомнить, что Люк сам отступился.

– Ничего не пойму, Стас. О чем речь вообще?

– Если бы я еще, мать твою, знал, о чем! – выталкивает из себя друг злой смешок. – Кажется, тот парень, которого ты снял с гонки, сейчас бухой у Вардана. Понятия не имею, какого хера он там делает, но Антипов обещает, что если ты не при делах, он сам разберется с ним. Мол, не нравится ему это все, да и парень сильно нарывается. По-моему, он решил, что мы его намеренно провоцируем. Заикался о своем праве на стрит-рейсинг и о какой-то ставке. Типа, если его человек выиграет, мы все по чесноку расходимся миром.

Стас верно чувствует мое настроение в затянувшейся паузе. Я слышу, как он волнуется, да и сам закипаю на месте, добела сжимая рот.

– Слушай, Рыжий, не лезь. Виктор, я серьезно. Только сунешься, Вардан сразу поймет, что ты в интересе и повернет дело в свою пользу. Пацан не маленький уже, пусть сам за свои слова отвечает. Тем более, что мы здесь ни при чем!

Я молчу, и друг с беспокойством окликает меня в трубку:

– Бампер, твою мать! Ты вообще слышишь меня?

– Слышу, Фролов, не вопи, – сцеживаю я, вспоминая мокрую от дождя Коломбину, появившуюся на пороге моего кабинета. – Думаю.

– И?

– Не получится остаться в стороне, я встречусь с Варданом.