По пути, чтобы захватить немецкую форму, взяли обер-лейтенанта и унтера, стояли на дороге, перекур сделали. Документы в нагрузку пошли. А дальше бойцы должны были видеть. К передовой подъехали, а тут немецкая атака. Мы на нейтралку выехали, гансов из пулемета причесали, БТР бросили и в наши окопы приползли. Вот, собственно, и все.

– И все? – засмеялся полковник. – Ты что, лейтенант, нас совсем за дураков держишь? Немцев перебил, по их тылам как у себя дома ездил! Что за чушь?

– Это не чушь! Я начальник штаба 297-го стрелкового полка майор Панин. Был взят в плен вместе с генералом Снеговым и командиром второго батальона капитаном Рудаковым.

– Личность капитана Рудакова могу подтвердить, мы вместе учились на курсах в 1939 году, – вмешался один из находившихся на КП командиров.

Вид у полковника был довольно скептический, но тут вмешался смуглый политрук, оказавшийся местным особистом.

– Товарищ полковник, я разберусь, это по моей части.

Северова, Панина и Рудакова вывели с КП и отконвоировали дальше в тыл, в приземистый барак, где и располагалась вотчина полкового особиста.

Майор Фогель пребывал в преотвратном состоянии духа.

Как прекрасно все складывалось! Он смог убедить руководство дать ему возможность поработать с русским генералом и двумя командирами, которые постоянно находились при нем. Поэтому было решено перевести пленных не в лагерь, а в охраняемую резиденцию, где Фогель намеревался склонить их к сотрудничеству с непобедимым Вермахтом. И все полетело к чертям!

Майора ночью разбудил звук работающего двигателя, хотя никто и никуда ехать не собирался. Не успел он перевернуться на другой бок, предоставив возможность разбираться лейтенанту Кребсу, как раздался взрыв.

Идиот Кребс, бросившийся с пистолетом в дверь, был убит – осколок гранаты разнес ему череп. Сам Фогель не пострадал, был только слегка напуган от неожиданности. Через несколько секунд раздался еще один взрыв. Зашедший ефрейтор, заикаясь от волнения, доложил, что трое солдат ранены, трое убиты. Пленные исчезли, угнан бронетранспортер. Фогель осторожно выбрался наружу, какое-то время тупо смотрел в темноту, потом приказал перевязывать раненых и укладывать их в грузовик. Поскольку один из оставшихся в живых солдат умел водить машину, ему было приказано ехать в Бышев, доставить раненых и вызвать подкрепление.

Прибывший со взводом солдат обер-лейтенант быстро сориентировался в обстановке и организовал преследование. Информация об угнанном бронетранспортере ушла на все близлежащие посты фельджандармерии. Анализируя имеющуюся информацию, обер-лейтенант обратил внимание Фогеля на то, что никаких сведений о заброске в данный район диверсантов либо просачивании группы окруженцев не имеется.